Я жадно склоняюсь над книгой, боковым зрением замечаю, как отшатывается от очага девушка. Её страх приятен. Шуршание стихает, читаю. Но содержание ускользает от сознания. Наклоняюсь ниже, читаю снова. Буквы, слова, всё знакомо. Но вместе всё никак не складывается. Злюсь. Пальцы впиваются в книгу. Склоняюсь практически к самому листу. Читаю. Снова не понимаю, буквы становятся огромными.
ТрассаР98 21янв.08г.
Трясёт немилосердно. Да, дороги у нас, конечно, не хуже старинной стиральной доски. Глаза не открываю. Интересно, кто я сейчас? Сергей, подросток, сбежавший из приюта? Или Алекс, свихнувшийся богатенький мальчик? Или еще кто.
.. Раздвоение личности налицо. Интересно, конечно, но эти материализовавшиеся сны стали уж слишком реальны.
Собравшись с духом, распахиваю глаза. Всё та же машина скорой помощи. Завороженная медсестра, казалось, не сдвинулась ни на миллиметр. Дремлющий Карл сидит напротив, сложив руки на груди. Голова его покачивается. Водитель, склонившись над рулём, внимательно смотрит на дорогу, чтобы не угодить в выбоину.
Мимо проплывают заснеженные ели и припудренные пылью сугробы. На мне всё то же ненавистное выпендрёжное пальто и жмущие кеды. Вздыхаю. Я всё еще Алекс. Что-то затянулся сон.
Выпрямляюсь, потягиваюсь. Онемела рука. Отлежал. Наверное, я долго спал. Интересно, что означает сон во сне. И почему во сне, когда спишь, не снятся сны. Хотя, если бы моему Алексу снилось, что он какая-нибудь девица, например, у меня бы окончательно съехала крыша.
Ну и мысли спросонок! Любопытно, где мы сейчас? Вытягиваю шею, пытаясь рассмотреть надписи на пролетающих мимо указателях.
- Скоро приедем, - не открывая глаз, пробормотал Карл. - Спи ещё.
- Не помогает, - огрызнулся я.
Мужчина распахнул глаза и пристально посмотрел на меня.
- Алекс, ты сам на себя не похож. Говоришь странно, двигаешься иначе. И у меня чувство, что ты мне чего-то не рассказываешь. Нет, - поспешил он сказать, увидев, что я собираюсь возразить. - Я верю, что ты ничего не помнишь. Верю. Но есть нечто, важное, что ты знаешь.
Раньше ты мне всегда доверял. Ты же знаешь, что для меня ты как родной сын... хоть и племянник.
Он наклонился ко мне и проникновенно добавил:
- Я всегда помогу тебе. Всегда.
Я кивнул. Конечно, он поможет этому Алексу. Но поможет ли он мне, очень сомневаюсь. Впереди показались знакомые литые ворота. Целые, хотя в последнюю нашу встречу я их изрядно подпортил, и гостеприимно распахнутые. Машина уже продвигалась с трудом сквозь снежные заносы.
