Да, так и будет. Зато сегодня я прекрасно провела время. Мне требовалось ощутить себя красивой и достойной внимания после оскорблений Локена и копания в экскрементах мурнуков.
Правда, мне стало нехорошо. Я почувствовала легкую тошноту: так и знала, нельзя было налегать на тот салат! Так и не дойдя до самого выхода, где дежурил скучающий курсант, я свернула по коридору туда, где, по логике, должен был находиться туалет. И там-то я извергла весь изысканный обед… Недомогание было столь сильным и неожиданным, что, находись я сейчас снаружи, могла бы просто упасть в обморок — еще раз! Меня рвало мучительно, но недолго.
Подойдя к раковине на неверных ногах, я открыла воду и начала промывать рот, умываться. Что же со мной такое произошло? Моя пищеварительная система обычно работает, как часы. Даже когда мы с сестрами баловались, принимая мизерные порции яда — такое было увлечение среди молодежи Ланмара, чтобы вызывать всплеск эо — я и то обходилась легкой головной болью.
Нет, эта тошнота какого-то другого свойства…
Я провела в туалете еще какое-то время, ожидая, появится ли дурнота снова, не скрутит ли меня еще, в самый неподходящий момент.
В коридоре раздались шаги.
— Гражданка Унсури, с вами все в порядке? — металлическим голосом произнес кто-то.
— Да, — ответила я, смутившись.
— Я вас провожу.
Проводит ли, или просто хочет проконтролировать, что я ушла? Ох уж эти военные, вечно им мерещатся подозрительные деяния. Ну, разве можно в чем-то подозревать гражданку, задержавшуюся в уборной?
Я вышла в коридор и неприязненно посмотрела на мужчину.
Лейтенант, судя по знакам отличия.
— Пройдемте, — произнес он сухо и — невиданное дело! — схватил меня за руку.
— Товарищ, — я одернула руку, неприятно пораженная, — этого не требуется. Я в состоянии дойти сама.
— Зачем вы задержались в модуле? Что так долго делали в туалете?
— Да как вы смеете? Это хамство — спрашивать о подобном!
Лейтенант смотрел на меня как-то уж очень пристально, и на мои слова никак не реагировал: в его голове шла активная мыслительная деятельность.
И деятельность эта привела к выводам.
— Гражданка Унсури, вам придется проследовать со мной.
Глава 7
Я оторопела. У меня никогда не было ни малейших проблем с законом или нарушением правил, но если бы и были — Род меня защитил или… сам наказал. В общем, на лейтенанта я уставилась, как на голограмму, нереальную, неадекватную голограмму.
— Вы серьезно?
— Да, — он протянул руку и снова ухватил меня за руку.
