Юноша осмелился завести со мной разговор, и я поддержала его, но это далось мне нелегко. Мы обсудили, какая стоит прекрасная погода, какие-то неважные новости, касающиеся Ланмара. Позже нас ждал столик в беседке, красиво сервированный к обеду. За столом, к счастью, мы сидели вчетвером — Хакан, я, птенчик-чивхинг и его мать. Когда с обедом было покончено, мы снова прогулялись, и отец самолично проводил гостей.
Только они ушли, ко мне вышли из своего укрытия сестры. Лица обеих были искажены возмущением.
— Как они могли подобрать такое недоразумение? — вспылила Ксана.
— У него одно плечо выше другого! А его кожа? Она неровная и землистого нездорового цвета… А шея? Она такая длинная, что это выглядит безобразно, к тому же, он вытягивает ее вперед… Но хуже всего то, что он зажат и труслив… Мужчина ли он?
— Глава Рода, видимо, так пошутил, — проворчала Нери, — ибо только слепой может сосватать такую девушку, как наш Котенок, такому жалкому птенцу.
— Забавно, — отозвалась я, — про себя я его тоже звала «птенчиком-чивхингом».
Сестры рассмеялись:
— Сравнение — точнее не придумаешь!
Проводив гостей, ко мне вернулся отец. Он явно не остался в восторге от выбранного Родом жениха, и не без усмешки спросил:
— Как он тебе?
— Никак, — пожала я плечами.
— Сопляк, — добавила Ксана.
— Кэя сравнила его с чивхингом, — сказала Нери, выразительно глядя на Хакана. Она терпеть его не могла и не упускала случая его каким-то образом поддеть, хотя он из старшего поколения. Но сестру это никогда не смущало.
— Как вы могли одобрить такого женишка?
Хакан в свою очередь не жаловал Нери, считая ее вульгарной. Он ответил:
— Это не мой выбор, а Главы Рода.
— Но Глава Рода выбрал жениха с учетом ваших рекомендаций, — елейно возразила Нери.
— Не имеет значения, каков этот юноша, ведь Кэя уже выбрала жениха, — примирительно заключила Ксана, которая умела со всеми поддерживать ровные отношения. — Встречи с другими претендентами — лишь формальность, чтобы их уважить.
— Да, первая встреча — это формальность.
Но вторая таковой не будет. Следующего жениха подобрал я сам. Он не сопляк и не жалкая птичка-чивхинг, а птица высокого полета, достойный и интересный мужчина.
— Вы до последнего сохраните его имя в секрете? — поинтересовалась Ксана.
— Уже завтра вы узнаете его имя и увидите воочию, — загадочно произнес отец и, улыбнувшись чему-то своему, отошел.
Улыбка столь редкий гость на лице моего отца, что я, увидев ее, застыла, встревоженная.
