Ко мне подошел Локен, пролез в остатки ловушки и присвистнул.
— Не удержалась, прилипла-таки. — Наклонившись, он осмотрел, каким именно местом я прилипла, и обрадовался: — Тебе очень повезло, Унсури. Не двигайся, я сейчас.
— Повезло?!
— Спокойно.
Орионец отошел на какое-то время (это время показалось мне вечностью) и вернулся с камнем с острыми краями. Наклонившись надо мной, Локен перехватил камень в руках поудобнее и примерился куда-то к моей голове.
— Локен, — шепнула я трагически, — волосы прилипли?
— Да, Унсури.
Мужайся.
Орионец начал острым краем камня срезать косу. Действовал он как можно аккуратнее, но камень — не ножницы, и даже не лазерный нож, так что процесс затянулся и причинял небольшую боль. Срезать пришлось понемногу, по тонким прядкам, иначе не выходило, волосы не рвались. Они у меня густые и крепкие…
Я все это время лежала тихонько, с закрытыми глазами, переживая истинные муки. Удивительно! Когда мне грозила опасность, и я рисковала с инсектоидами, и я вполовину такой сильный стресс, как сейчас, теряя волосы, не испытала!"
"Локен срезал последнюю прядку и, отбросив камень, взял меня за руку, потянул.
Я встала. Голова показалась очень легкой. Подняв дрожащую руку, я коснулась неровных прядей — они едва достигали шеи. Я запустила пальцы глубже в свои волосы и потянула. До мурашек непривычно ощущать, что они настолько коротки…
Понимая, что срочно нужно переключиться, иначе грозит истерика, я убрала руки от куцых остатков волос и осмотрелась. Рабочие все так же не замечали нас, сновали рядом.
— Хорошо сработано, — еще раз похвалил Локен.
— Заткнись, пожалуйста, — вежливо, но с угрозой сказала я. Жива-то я жива, но голова болит сильно.
— Заткнусь, не переживай. Нам предстоит долго и быстро идти. Сможешь?
— Да.
— Тогда пошли. Будь начеку, смотри в оба и под ноги в том числе.
Мы брели по джунглям куда-то; я полагалась на то, что Локен знает, куда вести. Он шел впереди и периодически оглядывался на меня, проверяя, не спотыкаюсь ли, в порядке ли.
Нет, я не спотыкалась.
Я шла уверенно, как идет по дороге исправный кар, но с каменным лицом. Именно это и не понравилось орионцу. Он не выдержал:
— Что ты так загрузилась? Жива-здорова, везуча даже. Подумаешь, волосы потеряла… Велика трагедия!
— Загрузилась? — глухо повторила я, чувствуя, что вот-вот взорвусь. — Везуча? Я за последнее время пережила столько всего, сколько за всю жизнь не проживала! Ты думаешь, я о волосах сейчас горюю?!
— Да, думаю, горюешь ты именно о волосах.
