С каждой каплей крови все сильнее проступали темные нити, тянущиеся от одного камня к другим. Они напоминали плотный дым, образуя кривоватый октагон, в чьем центре оказался… небольшой алтарь?!
Понимание обрушилось на нас троих разом — ритуальное капище с жертвенным местом по центру.
Гончая не знала о предателе. Не знала о последователе. Но все поняла и без рассказа. Или хотя бы часть того, что на самом деле скрывалось за происходящим.
Проклятие, где все остальные?! Почему Агнесс одна?!
— Тварь, — прокомментировала увиденное Элена, перейдя на злое шипение и спрятавшись за валуном, который стал нам относительно надежным укрытием от глаз огневички, — догадалась же песок сплавить.
Я мысленно выругалась. Этому её Киран обучил в целях контроля дара!
А потом я увидела всех остальных.
Меня прошибло холодным потом, руки предательски задрожали, а перед глазами поплыло.
Ребята сидели неподалеку. Безоружные, ослабленные отравой до такой степени, что некоторые даже не сидели, а уже просто лежали на земле, окруженные тварями.
Последние прибывали медленно, прятались за такими же валунами и кустами. Потому и не сразу бросались в глаза, как Агнесс с ее подготовкой к ритуалу на открытой плоскости. Исчадия тьмы не спешили нападать на ослабленных магов, скалились, принюхивались и облизывались, капая густой слюной на землю.
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять — им дали приказ охранять.
Но почему Кас не вызвал подмогу, как только понял, как плохи дела?
— Что делать будем? — спросил Мирон.
Он, казалось, окреп окончательно. И готов был вступить в битву.
Но обдумать возможные варианты нам было не суждено — прямо за спиной послышалось низкое утробное рычание.
Нас обнаружили!
35. О том, как бороться за жизнь
Мы медленно, без резких движений, обернулись и застыли — сразу три огромных твари. Настолько пугающих, что у меня даже закричать не вышло — язык к небу прилип. Кажется, за все время это первый раз, когда я оказалась так близко к врагу.
Впервые во всех деталях смогла рассмотреть порождение тьмы.
Отвратительное создание, которое невозможно сравнить ни с чем существующим.
— Начнем бой, нас заметят, и сюда прибежит ещё стая этих уродцев, — сквозь зубы прошипел Мирон, медленно разминая пальцы. — Лучше просто подчиниться и идти ко всем. Разведаем обстановку, вы дадите команде зелья. Продержимся, а там нападем.
План звучал как нечто безумное. Мы не для того спешили сюда, чтобы просто сдаться.
