Наконец он открыл одну из многочисленных дверей и завел Перл в небольшую комнату. Заметив огромную кровать под балдахином, она поняла, что Люк привел ее в спальню. Тут он привлек ее к себе, и губы их слились в поцелуе — в эти мгновения Перл казалось, что она утоляет давно мучившую ее жажду и никак не может напиться.
Внезапно Люк чуть отстранился, и из горла его вырвался глухой стон, еще более воспламенивший Перл. Она обняла Люка за шею и запустила пальцы в его волосы.
— Подожди немного, — пробормотал он, высвобождаясь.
Люк снял перчатки, и Перл тоже стащила свои. Она едва не задохнулась от уже знакомого ей прикосновения его рук — казалось, пальцы Люка обжигали.
Они принялись срывать с себя одежду — избавившись от перчаток, они словно избавились от всех запретов.
Перл хотела просто разорвать неподдавшиеся крючки амазонки, но Люк отстранил ее руки и начал один за другим расстегивать крючки. Она поняла, почему он это делает, но все же сгорала от нетерпения. Наконец он расстегнул последний крючок, и Перл тут же сбросила амазонку.
Люк сел на край кровати, чтобы снять сапоги и бриджи. Перл же тем временем скинула нижнее белье. Не успел Люк подняться, а Перл уже стояла перед ним обнаженная. Приблизившись к нему, она усмехнулась и опрокинула его на кровать.
— Леди сегодня намерена повелевать, не так ли? — проговорил он с улыбкой.
— Вы правильно поняли, милорд. — Она легла сверху и прижала его к перине.
Люк тихо рассмеялся и сказал:
— Вверяю вам свою судьбу, миледи.
— И не только судьбу. — Она принялась поглаживать его распростертое тело. Сначала широкую мускулистую грудь, поросшую густыми черными завитками волос, затем бедра, живот и еще ниже…
Он вздрогнул, когда ее пальцы прикоснулись к его отвердевшей плоти. Перл же, приподнявшись, уселась ему на бедра. Затем наклонилась и поцеловала его.
Люк снова рассмеялся.
— Удивительно, тебе потребовался всего один урок, чтобы научиться обольщать.
— Но ведь урок был такой замечательный… — Она опять наклонилась и принялась целовать его грудь.
Внезапно Люк привлек ее к себе и пробормотал:
— Настало время для второго урока. Посмотрим, какая ты ученица.
Он чуть приподнялся, и его восставшая плоть коснулась ее лона. Перл вздрогнула и застонала — ей казалось, что она вся пылает, объятая пламенем. В следующее мгновение он вошел в нее, и ей вдруг почудилось, что она распалась на мелкие части, растаяла, растворилась в незнакомых ей прежде ощущениях.
