— Кейт, — обратился ко мне барон, шагнув навстречу, — вы хорошо отдохнули? А ты, Кендал?
Я ответила утвердительно, а Кендал только таращил на барона круглые от изумления и восхищения глазенки.
— Вы знакомы с принцессой.
Мари-Клод протянула мне руку."
"— Мадемуазель Коллисон, — произнесла она. — Как давно мы с вами не виделись. На вашу долю выпали тяжкие испытания. Барон… рассказал мне.
— Мы живы, а все прочее уже в прошлом, — ответила я.
— А это ваш сын?
Она смотрела на Кендала, и было невозможно понять, о чем она думает в этот момент.
— Да, мой сын Кендал.
Кендал подошел к ней, взял протянутую ему руку и, на французский манер, почтительно поцеловал ее.
— Очаровательно, — произнесла она и обратилась ко мне: — Могу себе представить, сколь ужасной была осада Парижа…
— Пройдемте в столовую, — прервал ее барон.
Она заколебалась.
— Мальчик… быть может, ему лучше бы обедать с Вильгельмом?
— Не сегодня, — сказал барон. — Потом видно будет.
— А вторая женщина…
— Как я понял, она еще спит.
Когда проснется, я прикажу отнести обед к ней в комнату, — властным тоном произнес барон.
Когда он обращался к принцессе, его голос становился ледяным. Казалось, я изучила его достаточно хорошо. Будучи знакомой и с ней, я попыталась представить себе, на что похожа их совместная жизнь. Они, несомненно, всячески стараются избегать друг друга.
Кендал подошел к барону и широко улыбнулся. Я заметила, как смягчилось суровое лицо владельца феодального замка, когда он перевел взгляд на мальчика.
— Мне нравится ваш замок, — заявил Кендал. — Я хочу его осмотреть.
— Осмотришь, — пообещал барон.
— Когда?
— Скоро.
Вслед за принцессой мы прошли в столовую. Мне все здесь было хорошо знакомо. Барон сел у одного края стола, принцесса у другого, мы с Кендалом тоже расположились напротив друг друга. Стол был очень длинный, поэтому все мы будто бы затерялись среди такого обширного пространства.
Сначала подали суп. Его было легко есть, и он в данный момент являлся самой полезной для нас пищей.
После четырех месяцев лишений нам предстояло лишь постепенно и осторожно приспосабливаться к перевариванию обычной пищи. При виде такого количества и так соблазнительно пахнувшей еды безумно хотелось наброситься на нее и взять реванш за все месяцы лишений, однако все мы, включая и Кендала, хорошо знали, что не имеем права поддаваться такому порыву.
— Расскажите о чудовищных испытаниях, которые вам пришлось пережить, — заговорила принцесса.
