Он указал на массивное прямоугольное здание Банкетного дома, возвышавшееся среди дымовых труб и зубцов на крышах строений пониже, теснившихся вокруг.
— Здесь, моя дорогая, мы расправились с кровавым королем и подготовили Англию к пришествию короля Иисуса, — с улыбкой сказал он ей.
Маргарет и ее муж жили в Эльзасе.
Так лондонцы прозвали район Уайтфрайерс, поскольку жизнь там была такой же неспокойной, как и в настоящем Эльзасе, раздираемой распрями провинции на границе Германии и Франции. Лондонский Эльзас располагался на месте мужского монастыря и окружавших его земель.
На востоке Темпл, населенный законниками, на западе Брайдуэлл, где кишмя кишат шлюхи, на севере Флит-стрит, на юге Темза. До дома Ньюкомбов в Савое оттуда было всего несколько минут пешком.
Пожар не обошел Эльзас стороной, обратив множество домов в руины и пепел. Но некоторые здания уцелели, ведь монастырь был построен по большей части из кирпича и камня. Несмотря на разрушения, Эльзас оставался почти таким же многолюдным, как и до нашествия огненной стихии.
Люди селились прямо на развалинах, находили убежище в подвалах, после Пожара оказавшихся под открытым небом, и забивали уцелевшие дома до отказа.
Эльзас обладал особым преимуществом, благодаря которому его обитатели закрывали глаза на любые изъяны. В Средние века вся округа была объявлена убежищем. Хотя монастырь давно распустили, право убежища сохранилось по сей день. Эльзас являлся автономией, а это означало, что с точки зрения закона район был независим от большого города, который его окружал.
Поэтому Эльзас стал пристанищем мошенников, убийц, воров, попрошаек и уличных девок. Объединяясь против незваных гостей, они сопротивлялись любым попыткам нарушить старинное право на убежище. Ни один магистрат не осмеливался пересечь границу Эльзаса, ведь в противном случае его избили бы, а то и вовсе прикончили. Даже королевская гвардия боялась заходить в Уайтфрайерс.
Муж Маргарет не был проходимцем — он просто имел несчастье лишиться части ноги, защищая свою страну.
Однако у него были неоплаченные долги, поскольку флот задолжал ему жалованье за полтора года, а значит, выйдя за пределы Эльзаса, он рисковал угодить под арест. Вот почему супруги жили там, где до них не могли добраться приставы.
— Теперь нас не трогают, — с ноткой гордости в голосе рассказывала мне Маргарет. — В Эльзасе не так уж и плохо, надо только привыкнуть. Может, Сэм и одноногий, зато и кинжал, и пистолет у него всегда при себе.
