Да и сопровождающие нас солдаты, те, что были поближе и слышали наш диалог, тоже глянули на меня с явным одобрением.
— Все хочу спросить… — начал приободрившийся Рафаэль Игоревич, чьи карие глаза снова загорелись плутоватым огоньком, — а ты чего в таком наряде? На войну одеваешься, как на праздник?
— Что-то вроде того, — слабо улыбнулся я и перевел взор на офицера.
Тот остановился около двухэтажного дома, вполне роскошного по меркам Брек-Гана. Хоть его песочные стены и украшали трещины, он был все еще крепким, с выцветшей на солнце рыжей крышей, настежь распахнутыми оконными створками и деревянной верандой, где за столом при зажженных свечах восседала пара солдат, подозрительно глядевших на каждого встречного-поперечного.
— Где майор Сухов? — требовательно бросил им офицер.
— У себя, господин, — ответил один из солдат. — Доложить о вашем прибытии?
— Доложи. И добавь, что с Александром Громовым, Рукой императора.
— Есть! — выпалил имперец и одарил меня почтительным взглядом.
Я дружелюбно кивнул ему.
А тот отдал мне честь и скрылся в доме. Вернулся он спустя пару минут и гаркнул, что майор Сухов ожидает нас.
— Благодарю за сопровождение, — сказал я солдатам, пришедшем со мной сюда. — Вы делаете важное дело. Империя не забудет вас.
— Рады стараться, господин Громов! — громыхнули они в один голос, горя преданными глазами.
Офицер опять слегка поморщился и приглашающе махнул мне рукой.
— Шилов, пойдемте со мной, — бросил я Рафаэлю Игоревич и взошел на веранду по скрипучим ступеням, успев услышать шепотки солдат.
Они, не отходя от кассы, начали активно перемывать мне косточки, но в позитивном ключе. Мол, Громов, истинный аристократ. Даже мятый костюм не может скрыть его благородной породы. Он, дескать, со всеми вежлив, друзей в беде не бросает и обходителен даже с простыми людьми.
— А ты быстро набираешь популярность, — шепнул мне Шилов, тоже расслышавший шепотки солдат.
— А то, — самодовольно улыбнулся я и вошел в дом.
Офицер проскользнул мимо меня и провел нас в некое подобие гостиной, куда стащили не пострадавшую во время штурма мебель.
Конечно, она вся была пошарпанной, грубой и покрытой шерстью, но выбирать не приходилось.
— Доброй ночи, господа! — звучным голосом поприветствовал нас невысокий щуплый мужчина с кривыми ногами и ореолом седых волос, окружающих красную от солнца плешь.
Его мундир мог похвастаться вышитым золотом гербом империи, внушающими уважение погонами и металлическими пуговицами, отражающими свет керосиновой лампы.
