— Тогда забавляйтесь без меня, — снисходительно сказал я.
Конопатый дёрнул щекой и в поисках поддержки глянул на своего подручного. А тот поколебался и протараторил:
— А давайте правда деньги поставим? Так будет интереснее.
— По тысяче будет в самый раз, — сразу взвинтил я ставку, услышав многоголосый удивлённый вздох. Он вылетел изо ртов небогатых дворян и дворянок. А вот «элита» даже бровью не повела.
Конопатый и его друзья напряжённо переглянулись. Видимо, тысяча рублей для них — это приличные деньги. Но всё же они кивнули.
"
"А из ранее присоединившихся к «горке» кадетов двое отказались, сославшись на слишком большую сумму. Третий же включился в битву за приз.
Таким образом, в игру вступили пятеро, включая меня.
Мы подошли к турнику и начали первый раунд, самый лёгкий. Нужно было подтянуться всего по разу. Его все быстро прошли, как и второй, третий… пятый, восьмой. Никто из нас даже не устал.
Народ же подбадривал участников «горки». Меня поддерживала большая часть зала: «мясо» и девушки. Один только рёв Румянцева чего стоил.
— А вы пользуетесь популярность, — с кривой улыбочкой подметил Конопатый. — Столько людей за вас болеют. Жалко будет, если вы их подведёте.
— Так я их и не подведу.
— Как скажете, — согласился смертный, едва успев опустить вспыхнувшие злорадством глаза.
Пара его друзей обменялись предвкушающими улыбочками. Они уже фантазировали, как одолеют меня и будут принимать поздравления дворяночек. А по академии сразу же пойдёт слух, что они оказались сильнее Громова. Да, пусть это не такая уж великая победа, но пока никто не может похвастаться, что хоть в чём-то оказался лучше Громова.
Между тем наступил уже тринадцатый круг. И его не сумел преодолеть неизвестный кадет, присоединившийся к «горке». Остались только Конопатый, его прихлебатели и я.
К этому моменту уже все участники имели признаки усталости. Дыхание участилось, а на висках появился пот.
И чем больше мы проходили кругов, тем тяжелее становилось. Руки наливались свинцом, а суставы начинали побаливать.
— … Не могу, — простонал один из дружков Конопатого и разжал пальцы, отпустив перекладину.
Он досадливо зашипел, выбыв из игры. А затем сломался и его дружок. Он с надеждой посмотрел на тяжело дышавшего вожака. Теперь он их единственная надежда на то, что не придётся отдавать выигрыш. Может, у них вообще нет таких денег?
Конопатый уже без прежней уверенности посмотрел на меня. В его глазах появился страх поражения.
— Хорошо размялись, — бросил я ему и подмигнул.
