Кое-кто из кадетов понял её и тихонько хохотнул.
— Тишина! — выпалил Чернов, обведя тяжёлым взглядом затихших смертных.
Казалось, он ищет бедолагу, на котором можно сорвать свой гнев. Но все кадеты смотрели на него подчёркнуто уважительно. И даже, кажется, перестали дышать.
Я тоже решил больше не выделываться. Молча уселся к девчонкам, достал учебные принадлежности и приготовился записывать слова лектора. А тот ещё раз прошёлся по нам взглядом и принялся рассказывать о народонаселении Пустоши."
"Во время лекции он коснулся всех существ, обладающих разумом.
И естественно, Чернов поведал нам о драконах. Видимо, он держит нос по ветру и следит за новостями, потому и выбрал для лекции такую тему.
Правда, Евграф Петрович меня разочаровал. Он не так уж и много знал о драконах. Поведал лишь, что у них какая-то нездоровая страсть к золоту и драгоценным камням. А также что они одиночки, живут преимущественно в горах Пустоши, ведут малоактивный образ жизни и растут чуть ли не всю жизнь. И ещё бывали случаи, когда драконы осваивали русский язык, пусть и на уровне вчерашних мигрантов.
Впрочем, первая лекция всё же прошла познавательно, как и остальные.
А уже спустя часа три я покинул главный корпус и отправился в общежитие, дабы переодеться. Впереди меня ждала тренировка.
Однако на пути к общежитию меня кое-кто подкараулил…
Черноволосый смуглый мужик с кудрявой бородой и золотой серьгой в ухе жизнерадостно насвистывал, ровняя секатором декоративные кусты, растущие на клумбах. На нём был синий рабочий комбинезон и вылинявшая футболка с надписью «Старание и труд к богам ведут».
— Бог в помощь, — иронично бросил я ему.
— Благодарю, — хмыкнул Семаргл, придирчиво глянул на куст и щелчком секатора отрезал кончик одного побега. — Вот теперь идеально.
— Лучше чем идеально. Божественно, — проговорил я с очень глубокой иронией.
Но Семаргл распознал её. Скривился и проронил:
— Ты не хуже меня знаешь, что боги неидеальны.
— Зато один потомок бога — идеален.
— Как у тебя получается так бессовестно восхвалять себя? — удивился посланец богов, покосившись на немногочисленных кадетов.
Они шли по брусчатой дорожке, виляющей метрах в пяти от кустов. И никто из них с удивлением не пялился на наш дуэт. Мало ли о чём Громов может говорить с садовником?
— Это мой талант, — скромно сказал я и следом посерьёзнел. — Какие новости о гадине, жаждущей моей смерти?
— О-о-о, ты уже знаешь, что твой враг женского пола? — удивился Семаргл. — Как ты понял? Впрочем, неважно.
