Вы разве не чувствуете? Да у меня даже на мошонке волосы дыбом встали из-за накапливающихся в воздухе эманаций Хаоса!
— У меня нет волос, — вымученно усмехнулся лысый здоровяк и вдруг распахнул глаза, глядя на сотни мелких молний, расчертивших небосклон и метнувшихся к земле. Одна из них ударила в пятидесяти метрах от нас, но всё равно чуть не ослепила, вызывав жжение в глазах.
— Быстрее! За мной! — прокричал Орлов и побежал к зданию, внутрь которого быстро втягивались кадеты из других общежитий.
Мы помчались за ним, не выпуская из рук ящиков.
А молний становилось всё больше. Некоторые из них били в землю, а другие просто разрезали небо и в моём воображении складывались в слова «вам всем конец».
Впрочем, вскоре небо закрыл потолок, стоило мне очутиться внутри здания. А там уже активно трудились десятки людей: кадеты, преподаватели, охранники. Они готовили строение к обороне, расчищая место возле окон, забранных решётками. Приготовления шли на всех этажах, а также, мне думается, люди проверили и подвал с крышей.
Командовал же ими капитан Морозов, не пойми откуда взявшийся. Видать, он вчера вечером вернулся в город. И надо сказать, очень вовремя вернулся. Он уверенно и профессионально отдавал команды, вселяя в сердца людей надежду на благоприятный исход.
Барон Орлов сразу же бросился к Морозову, и они что-то начали активно обсуждать. А я вместе с кадетом поставил на пол ящик и внезапно заметил за окном крылатый силуэт Апофиса. Он вернулся? Зачем? Надо узнать.
Я ринулся к выходу из здания, услышав с лестницы крик графини Беловой, стоящей позади Рыльского:
— Громов, ты куда⁈
— Сейчас вернусь! — бросил я и пробежал мимо Чернова, нежно гладящего по голове зарёванную девушку, чем-то похожую на него.
Выскочив из здания, я снова очутился под дождём и телепортировался в ту сторону, где видел Апофиса. Тот обнаружился под козырьком крыши, со страхом глядя на молнии, порой бьющие в землю. Благо они били довольно далеко от нас.
— Апофис, ты почему вернулся⁈ — выпалил я, прижавшись к стене, сложенной из крупных блоков.
— Я не смог пробиться к матушке. Половину города накрыл какой-то энергетический купол. Мне не удалось выбраться из него, — лихорадочно пропищал дракончик, устало работая крыльями. — Его стенки похожи на очень плотный воздух. Кажется, даже моя матушка не сможет пробить их. Да и твоя «телепортация» не перенесёт тебя на волю.
— Дела-а-а, — протянул я, почувствовав, что сознание Александра затряслось от страха как осиновый лист.
