Оно билось об этот лед с трудом и болью. А в мозгу появилась пылающая надпись: «Она кажется ему совершенством. Очаровательная женщина». Валя почувствовала, как свело ее скулы, она попыталась разжать зубы, но не смогла И вдруг со всех сторон услышала незнакомый хриплый голос: «Пусть она умрет. Пусть она сдохнет там. Нет, я сама ее убью. Я мечтаю задушить эту тварь. Если бы не она, он бы никогда… Он бы так не думал… Он не может так… Он знает, что я… Что только я…»
Какой-то частью мозга она видела со стороны, как беснуется, рычит и бьет себя кулаками по лицу грузная тетка с искаженным, изуродованным злобой лицом.
Потом все заволокло пеленой.
Когда Валя пришла в себя, она лежала на диване. На лбу у нее было мокрое полотенце, от которого резко пахло нашатырем и какими-то травами. На груди она чувствовала прохладную руку, которая как будто держала ее сердце, успокаивая его биение.
– Полежите спокойно. Сейчас Вера принесет вам горячее питье.
– Что это было?
– Все нормально. Мы просто работаем.
ГЛАВА 9
Дина была страшно расстроена Катиным состоянием.
Она даже не находила слов во время их свиданий. Катя невыносимо страдала от своей изоляции и от того, что слишком четко представляла себе все, что с ней произошло. Она вела себя как сумасшедшая! Это было! Она понимает, что такие болезни нужно лечить, но не может себя убедить в том, что это произошло с ней. Что она так внезапно заболела, а теперь внезапно выздоровела. Катя все время вопросительно смотрела Дине в глаза. Если Дина верит, что она носит в себе какой-то ген безумия, то она сама поверит в это.
И перестанет доверять самой себе. У Дины не было ответа. Она просто умирала от жалости и какой-то вины. Она сама чувствовала себя в этом заведении, как в дурном сне. Здесь любые человеческие странности, отклонения от нормы выглядели так буднично, воспринимались так естественно, что казалось нелепым искать уникальные причины. Здесь умнее всех медсестра Рая, для которой нет загадок: «Дураков всегда больше, чем нормальных».
Дину принял профессор Тарков, спросил, как она находит свою подругу.
– Она такая же, как всегда. Только страшно подавленная, униженная, что ли. Здесь каждый считает, что подобное может случиться с кем угодно, только не с ним.
– То есть вы считаете, что ваша подруга страдает своеобразным психическим расстройством?
– Конечно, я так не считаю. Я не могу ничего считать в области, где врачи через раз ошибаются.
– Это вежливо и деликатно.
– Извините, это на нервной почве.
– Нервная почва. Да.
