Николай попытался чиркнуть зажигалкой, но огонек тут же потух от дуновения воздуха, а новый зажигалка давать не хотела. Видимо, боги пропана и бутана отвернулись от Малютина.
Колени у него стали ватными, как и голова, когда за его спиной на лестнице раздались шаги, будто кто-то обутый в ласты решил выйти на берег.
Штурвал двери с его стороны не поворачивался, стоял как приваренный. Он честно попытался, и можно было с чистой совестью умирать.
– Откройте. Здесь их нет. Они далеко! – он забарабанил по двери. – Откройте, я вам, мля, еще пригожусь.
– Малютин понимал, как глупо это звучит, но не мог остановиться.
И вдруг дверь вздрогнула, раздался звук ее запорного механизма.
Она начала открываться. Появилась полоска света, которая делалась все шире.
Он старался не слушать звуки за спиной и не думать, почему тварь не прыгает ему на горло, а медленно идет, переставляя ноги, как отдыхающий на пляже.
Дверь раскрылась на тридцать сантиметров.
– Давай бегом! – крикнули ему оттуда, и он протиснулся в узкий просвет, ободрав ухо и чуть не порвав одежду.
К счастью, он был довольно худощав.
Перед ним стоял последний, кого он ожидал здесь увидеть. Майор Токарев.
Впрочем, рядом с ним стоял полковник и в руке у него был пистолет.
Один из солдат – сутулый, с неправильной формы лысиной – крутил штурвал, задраивая дверь.
Раньше, чем она была полностью герметизирована, в нее с той стороны ударилось тяжелое тело. Но каким бы сильным ни был этот удар, дверь, уже застопоренная, не поддалась."
"Воздух сотряс утробный рев, но лысый продолжал крутить, пока помещение полностью не было отрезано от внешней части подвала.
Теперь звуки оттуда до них почти не доносились. Кто-то продолжал там буянить. Но удары не могли поколебать изделие из металла, изготовленное на заводе в далеком сибирском городе.
Через пять минут они прекратились, и рев тоже. Дальше с той стороны периодически доносилось лишь легкое поскребывание.
Место, где они находились, Малютин сразу определил как шлюз-тамбур стандартного убежища.
Остальные бойцы стояли полукругом.
Все в руках держали автоматы. Было их не больше двадцати человек.
«Половина погибла».
– Товарищ полковник… – начал Токарев. – За каким чертом он тут? – И указал на Малютина. – От него одни проблемы.
– Я пока вижу, что это от тебя проблемы, – фыркнул Бунчук. – А этот пусть остается. Тем более, нас теперь так мало… Что, ты думаешь, они с остальными сделали, а?!
– Я предупреждал, – Токарев поморщился. Похоже, у него что-то было с рукой.
