Резная мебель, дорогие панели, секретарь за столом у высокой двустворчатой двери и трое настороженных сотрудников в незнакомой, серой с бронзовым отливом, форме. Один подошел к вошедшему и без вступлений и титулов безлично произнес:
– Администратор первой категории чрезвычайно занят. Вам надо войти и остановиться в пяти шагах. Не нужно присаживаться, не надо обращаться к руководителю по званию, а тем более по имени. После приветствия отвечайте на вопросы четко и кратко. Прием продлится пять-семь минут. Когда вам скажут, что вы свободны, уходите.
Не ждите реакции на ваши ответы или комментарии к ним. О результатах сообщат позднее. Если сочтут необходимым. Вопросы есть?
– Нет.
– Входите, вас ждут.
Высокие створки распахнулись сами собой, и он шагнул через порог. Это был большой кабинет. В глубине стоял огромный стол. То ли стол был слишком велик, то ли его хозяин слишком мал, но над пустой полированной столешницей возвышалась лишь лысая голова пожилого человечка. На крючковатом носу сидело пенсне, сквозь толстые стекла внимательно смотрели большие круглые глаза.
Чартер Сон прижал ладонь к груди и кивнул головой.
– Приветствую вас, гражданин!
– Привет, гражданин! – неожиданно густым баритоном отозвался человечек. – Сегодня утром арестован ваш подчиненный. Он рекомендовал редактору «Голоса народа» опубликовать информацию о каком-то странном диком существе, которого поймала зоологическая экспедиция. Что вам известно об этом?
– Ровным счетом ничего, гражданин!
– Вы курируете идеологию.
Доложите обстановку в газетах, журналах, на радио.
– В редакциях напряженная обстановка, вызванная доносительством, подсиживанием, частыми арестами, – с печалью доложил Чартер Сон.
– Мы должны знать все, что происходит в этих государственных подразделениях, и вовремя избавляться от чуждых людей, – скучным голосом прервал его хозяин кабинета.
– Безусловно! Но аресты носят столь массовый характер, что слишком быстрая ротация молодых кадров снижает профессионализм публикаций и передач.
Проводимый анализ сигналов, поступающих от народных защитников, показал, что газеты почти никто не читает, радио не слушают. На периферии стали появляться незаконные машинописные издания, которые передаются из рук в руки и пользуются популярностью у отдельных категорий граждан. Некоторые публикации носят явно враждебный Комитету характер…
– Но в отчетах ничего этого нет! – Круглые глаза оставались равнодушными.
– Я читал вариант, подготовленный для вас.
