Но обещала мне, что Максиму своему ничего не расскажет. По словам подруги, ее парень совсем не любит Байдасарова. Да, я могла бы обратиться к Максу за помощью, но устала быть головной болью для него и Вики. Работа у меня все-таки есть, и я рада этому.
Вчера я получила карту. Тео сказал, что там уже есть деньги. Аванс. И на эту сумму мы завтра с сестрой пройдемся по магазинам. Надо купить ей новой одежды, чтобы она сильно не отличалась от своих одноклассников. Те одеваются все богато, я обратила внимание на них.
Пусть и моя Иришка будет выглядеть круто. Не хочу, чтобы она выделялась.
— Ну как у тебя там дела, Диан? — спрашивает Вика, обуваясь. — Надеюсь, что никак проблем нет?
— Нет, конечно. Мне даже нравится моя работа. Три-четыре часа там провожу, а потом домой. Зубрить учебники, — улыбаюсь я, стараясь не выдавать свою усталость. — Все хорошо, честно. А у тебя как? Ты смеешься, но я, милая, знаю тебя даже лучше, чем себя. Ты тоскливая какая-то. И в универе такой была.
— Ой, да мы с Максом поспорили утром чуточку, — машет она рукой перед лицом.
— И я немного расстроена, ты права. Но у нас такое бывает. Помиримся и забудем все обиды. Не парься насчет нас. Какие планы на завтра?
— Ирка папу видеть хочет. Скорее всего, на кладбище поедем. А потом по магазинам.
— Я так и знала. Не зря ты пялилась в понедельник на ребят, которые там учатся. Я присоединюсь к вам, если ты, конечно, не против. А то ты про себя забудешь.
— Нет, Вик. Себе я ничего не хочу. У меня полно одежды.
Места в шкафу не нахожу класть. Тогда созвонимся завтра?
— Одежды у тебя много, я не спорю, но все старое. Если сейчас пойдем мерить, то многое придется выкинуть, дорогая. Окей, созвонимся. Будь внимательна, милая, и никому не доверяй. Обдумывай каждый свой шаг, — чмокнув меня в щеку, Вика выходит из квартиры и быстро спускается по лестнице.
Иришка наконец рассказывает мне о своих приключениях в новой школе. А также о своих подругах, которых там завела. Нет, она счастлива, что там учится.
Ей все нравится. Но она никогда не жила вдали от родителей и меня. Однако малышке пришлось принять факт, что папы больше нет. Что он никогда не вернется к нам и что у нас больше нет опоры за спиной. Иринка единственная, кто у меня есть на данный момент. А я единственная у нее. И нам нужно крепко-крепко держаться друг за друга.
Ложимся поздно и решаем спать в кровати родителей. Обнимаю сестренку и дышу ее запахом. Просыпаемся рано утром, завтракаем.
