– И не просто рад, а готов наизнанку вывернуться, чтобы найти оправдание человеку, которого обязан подозревать больше остальных. Да-а! – Каспар смерил собеседника взглядом и неприятно усмехнулся. – Слушай, может, тебе другую работу поискать? Ну нельзя же так. Ты свое звание позоришь, товарищей своих.
– Никого я не позорю, – огрызнулся Опалин, пряча за спину руки, чтобы не было заметно, как они сжимаются в кулаки. – У тебя есть что-то против Лидии Ермиловой? Доказательства есть? Не брехня, а железные улики, которые к делу подшить можно?
– Я тебе еще и улики должен искать? – протянул Берзин.
– Ты, Ваня, далеко пойдешь. С такой-то наглостью!
Хотя Опалин был взвинчен, от него не укрылось, как легко Каспар допускал в разговоре взаимоисключающие заявления – ведь только что он уверял, что собеседнику нечего делать в угрозыске. «Он что, ненормальный?» – мелькнуло в голове у Опалина.
– Почему ты думаешь, что учительница врет? – спросил он вслух, не особо рассчитывая на ответ.
– Потому что я ей не верю, – хладнокровно отозвался Берзин.
– Ты думаешь, это она искала в доме клад?
– А мы не знаем, что на самом деле ищет твой призрак. Это все только твои догадки. Насчет магнитов ты молодец, что сообразил, но дальше ты так и не продвинулся. – Берзин вздохнул. – Ладно, ничего страшного. Я сам во всем разберусь.
Он развернулся и зашагал к входу в дом, даже не попрощавшись, а возле крыльца яростно пнул какой-то ком грязи, попавшийся ему под ноги.
И хотя Опалин не испытывал никакого удовольствия от общения с Каспаром, ему стало совсем неуютно, когда тот ушел. «Конечно, неприятно признавать, но в чем-то он прав… Чего я добился? Ничего. Трясся, когда телескоп летал передо мной… и даже не понял, что все дело в магнитах, хотя доктор говорил о них. Интересно, Берзин и правда думает найти убийцу своей матери? Все-таки столько времени прошло…»
Он прошел в свою комнату, разделся, сунул браунинг под подушку, лег в кровать и через некоторое время погрузился в сон.
Глава 23
Ва-банк
Опалину приснилась заснеженная московская улица, вывески по старой орфографии, давно не чищеные тротуары, покрытые горбатыми ледяными наростами – и верблюд.
Он бежал, волоча за собой сани. В санях сидел хорошо одетый человек, но едва он приблизился, стало видно, что у него нет лица.
Иван пробудился и некоторое время лежал, собираясь с мыслями. Он хорошо помнил, что значит этот сон.
