Впервые он думал о своей работе с отвращением. Он оттолкнулся от стола и встал со стула.
Возле его стола стоял ящик, в который Санди сложила открытки с поздравлениями по случаю Рождества, присланные на его имя. Сверху лежала красивая музыкальная открытка. Тал открыл ее, раздался мелодичный перезвон колокольчиков, наигрывающих песенку «Поздравляю с Рождеством». На открытке был изображен маленький Санта Клаус в санях, запряженных оленями. Когда ее поворачивали, он махал рукой и подмигивал. Он с безразличием захлопнул открытку.
"
"Оксли сам был удивлен тем, что находился в депрессии, и, главное, не мог понять ее причины. Как-то так сложилось, что он не испытывал в этот праздник больших эмоций даже в детстве. Обеды с родителями в шикарных ресторанах и дорогие подарки не шли ни в какое сравнение с предпраздничными волнениями и суматохой в доме Дина Отри. Каждый раз, приходя к нему в гости, Тал задавался вопросом, почему он завидует своему помощнику.
Завтра Рождество. Как и прежде, он собирался провести его вместе с семьей Дина, где его всегда тепло встречали.
Дети прыгали на его коленях, радуясь подаркам, которые он приносил. И все равно Тал чувствовал, что он как бы в стороне от праздника, как будто он бездомный, которого впустили в дом погреться из жалости.
Обычно на ужин приглашали и Санди. Но в этом году она поедет встречать Рождество на озере Фреш с Генри Лоуренсом, владельцем типографии. Именно против него когда-то была настроена Санди. Тал усмехнулся.
Кто бы мог подумать, что этот человек сможет ее увлечь.
Раздался сигнал селектора.
— Мистер Оксли, вас хочет видеть миссис Максвел.
— Максвел? — переспросил Талберт.
— Она сказала, что вы помните ее под именем Шарон Патрик.
Шарон. Мысленно Талберт вернулся на десять лет назад. Он вспомнил вечеринку, где они впервые встретились, укромные уголки парка, комнату, где Шарон и он… Господи, как же он любил эту женщину! Надо же, Шарон! Миссис Шарон Патрик Максвел. Он не видел ее целых десять лет…
— Мистер Оксли?!
— Да, да.
Пусть войдет. — Он выключил селектор, обошел стол и приготовился встретить ее.
Шарон была такой же красивой, какой он ее запомнил. Высокая, стройная. Только сейчас она стала более изысканной и шикарной. На ней был короткий норковый жакет, дорогое трикотажное платье, в ушах переливались бриллиантовые сережки. Платиновые волосы теперь не спадали до пояса, а были уложены вокруг головы изящной короной.
