Комок подступил к горлу, слезы потекли ручьем. Всплакнув, она подумала о будущем. Что ее ждет? В компанию она не вернется, это точно. Значит, прощай, поддержка. Прощай, Талберт…
Девушка шла к своей машине как во сне, не видя перед собой ничего, кроме его улыбки и глаз; не слыша ничего, кроме его радостного смеха. Сев в машину, она положила голову на руки, скрестив их на руле. Вот и все… Их отношения закончились, не успев начаться. Чтобы не расплакаться при народе, она начала думать о постороннем. Но мысли постоянно возвращались к нему.
"
"Скоро День Благодарения… Какое счастье, что я наконец-то заплатила за ремонт автобуса мистера Дугласа… Если бы не компания «Удача»… О Господи! Опять он… Почему, когда Мэги подала заявление об уходе, ей никто не препятствовал? Она даже сказала, что Тал… мистер Оксли отнесся с пониманием к ее проблемам с сыном-подростком. Конечно, это большая ответственность — воспитывать его одной.
Глубоко вздохнув, Элиз включила зажигание. Хорошо, подумала она, что у меня нет такой ответственности, как у мисс Фишер, но я тоже не хочу управлять огромной фирмой с большим штатом и горой бумажной работы.
И я хочу отказаться от нелюбимого дела.
Спазм снова возник в горле. Подаст ли он в суд на нее за нарушение условий контракта? Девушка не помнила, было ли там сказано о возможности выхода из компании по собственному желанию. Ей не хотелось сейчас об этом думать. Лучше отложить это на потом.
Во всяком случае, настраивала она себя, у нее есть право возненавидеть Оксли и все, что с ним связано.
Говорят, от любви до ненависти один шаг. Элиз поспешила сделать его. Теперь она ненавидела уже и Тала за все: за рутинную работу, которой ей приходилось заниматься в последние месяцы; за радость встреч с ним, ее эмоции, которые она испытывала при его поцелуях; даже за то, что совсем недавно она не представляла своей жизни без него.
Я рада, убеждала себя Элиз, что ушла из его компании. Теперь нас ничего не связывает. Я свободна и счастлива!
Но почему на сердце у нее камень? Она не чувствовала себя счастливой и свободной, а наоборот, одинокой и неуверенной в завтрашнем дне.
Оксли некоторое время стоял без движения. Стук двери болью отозвался в его сердце.
Хорошо, значит, так тому и быть.
Он глубоко вздохнул, сунул руки в карманы пиджака и подошел к окну. Глубокая складка прорезала его лоб между бровями. Он покачал головой.
Черт знает что такое! Эта девчонка не видит ничего дальше собственного носа! Перевозка — это совершенно новая индустрия.
