Всадница ослабила повод, наклонилась, правой рукой обняла подопечного за шею, а как только тот опустился, снова послала вперед, заставив свернуть сначала вправо, потом влево, и только после этого позволила идти вперед.
— А зачем ты делаешь такие петли? — удивился Рай.
— Этому приему меня научил твой папа: чтобы конь понял, что должен работать вместе с наездником. — Не останавливаясь, она провела ладонью по блестящей гриве. — В тот момент, когда животное встает на дыбы, ни в коем случае нельзя натягивать повод: так можно опрокинуться навзничь.
Я действую иначе: едва передние ноги начинают отрываться от земли, сразу приказываю двигаться быстрее. На ходу ничего плохого не случится.
— А как ты узнаешь, что он уже исправился?
— Определенный момент уловить трудно, — пояснила Беатрикс. — Надо просто терпеливо работать, и постепенно все наладится.
Беатрикс спешилась и подвела коня к ограде. Рай с интересом рассматривал великана.
— Альберт. — Беатрикс присела на корточки и заглянула в круглые карие глаза.
— Скажи на милость, что ты здесь делаешь? Убежал от хозяина?
Пес ничего не ответил, а лишь дружелюбно завилял хвостом.
— Я дам ему воды, — сказал Рай. — Пусть побудет у нас хотя бы до вечера.
— Нельзя, милый. Капитан Фелан начнет беспокоиться. Надо немедленно отвести беглеца домой.
Мальчик грустно вздохнул.
— Очень хочется пойти с тобой, но надо закончить уроки. Так мечтаю знать все на свете! Тогда не надо будет читать скучные книжки и решать бесконечные задачки.
Беатрикс улыбнулась:
— Не хочется тебя огорчать, но знать все на свете невозможно.
— А мама знает. — Рай на миг задумался. — Во всяком случае, папа говорит, что надо делать вид, что так и есть, чтобы ее порадовать.
— Твой папа — самый мудрый человек на свете, — рассмеялась Беатрикс.
Проехав верхом почти полдороги до Фелан-Хауса, она вспомнила, что не переоделась,а отправилась в рабочей одежде, в бриджах и сапогах. Странный костюм, конечно, вызовет у мистера Фелана очередной приступ раздражения.
После бала в Стоуни-Кросс прошла уже целая неделя, однако за все это время Кристофер ни разу о себе не напомнил. Беатрикс, разумеется, не ожидала визита, хотя поддержание добрососедских отношений оказалось бы весьма кстати. В надежде на случайную встречу она каждый день отправлялась на прогулку, однако всякий раз напрасно.
В том, что Кристофер нисколько не интересуется ее персоной, сомнений не оставалось.
