У Элайзы было такое чувство, будто их поцелуй навсегда осветил ее изнутри, но она боялась, что это заметно и всем остальным. Она никак не могла подобрать слово, чтобы описать охватившую ее смесь восторга и ужаса.
Элайза заметила, что до тех пор, пока она не совершила немыслимое и не оказалась, как деликатно назвала это мисс Эндикотт, «в интересном положении», все считали ее обычной, пусть и склонной говорить вне очереди.
Но нет, она была создана для того, чтобы, как обломки кораблекрушения, быть брошенной в огромное бурное море романтической любви, охваченной такими чувствами, какие ни одна мать шестилетнего ребенка, зачавшая дитя вне брака, испытывать не должна.
И это были радость, ужас и полные воображаемой страсти бессонные ночи. Утром она просыпалась, опутанная простынями, как какое-то существо, которое готовится превратиться в бабочку, обливаясь потом от того, что бесконечно металась в постели.
Их поцелуй не был капризом или мимолетной прихотью, уловкой опытного ловеласа. Филипп поцеловал ее не потому, что был французом.
Нет, это было выражением чертовой тоски и чувства – болезненно сладостного, эротичного и в то же время вселяющего ужас.
То, что она испытывала к Филиппу, напоминало ее чувства к Эдварду не больше, чем эхо напоминает живой голос. Боль расставания с Эдвардом все еще причиняла Элайзе страдание. Что за женщиной она будет, если подвергнет свое сердце такому же риску еще раз?
Конечно, Ла Вей не хотел получить ее ценой всего того, чего он еще ждал от жизни.
Но она ни за что не станет его любовницей.
Никогда! Ни ради себя, ни ради Джека.
Элайза получила список гостей, которых нужно было пригласить на ассамблею. Само собой, тут не обошлось без совета графини Ардмей. Список включал всех членов семейства Эверси и Редмондов, которые сейчас находились в Суссексе, прочих выдающихся местных жителей, которые были в состоянии от души развлекаться, танцевать и тешить себя изрядным количеством спиртного.
Элайза знала почти каждое имя. Никогда – ни в нынешней, ни в прошлой жизни – ее не пригласили бы на такой вечер.
Но она увидит сияющие лица женщин, когда они будут проходить через комнату, в которой смогут оставить свой плащ, поправить прическу и привести в порядок подол платья. Всех женщин, которые смогут беспрепятственно танцевать с лордом ла Веем.
Разумеется, в списке была и красавица леди Придо.
Элайза держала приглашение для леди Придо с таким видом, с каким держала бы в руке змею. Потом она засмеялась – тихо и почти отчаянно.
