Поскребышев тотчас поднял трубку:
– Да, товарищ Сталин… Маршал Тимошенко здесь, – после чего повернулся к Семену Константиновичу, мгновенно напрягшемуся, и сообщил: – Иосиф Виссарионович ждет вас.
Маршал сразу же поднялся, одернул слегка задравшуюся гимнастерку и, открыв дверь, вошел в кабинет Сталина. Почувствовал, как под правой ступней слегка скрипнул паркет.
Иосиф Виссарионович сидел за письменным столом и что-то сосредоточенно писал. На столешнице в небольшой фарфоровой чашке, покрытой позолотой, изрядно пооблупившейся во многих местах, лежала его любимая трубка.
Курительная часть была выполнена из красного дерева с каким-то темным замысловатым рисунком, а вот мундштук, тонкий и изрядно покусанный, из черного. Рядом лежала пачка папирос «Герцеговина Флор», любимый сорт Верховного. Разрывая папиросную обертку, он заполнял табаком курительную трубку.
– Как добрались, Семен Константинович?
– Спасибо, товарищ Сталин, добрался хорошо. Без происшествий.
Едва кивнув, Иосиф Виссарионович сразу перешел к делу:"
"– Нам не нужно упускать благоприятной ситуации, сложившейся после нашего наступления под Москвой.
Следует закрепить достигнутый успех. Мне кажется, что самым подходящим местом для наступления будет Харьков. Через Харьков немцы хотят пробиться на Кавказ к бакинской нефти и не ожидают на этом направлении контрнаступления. Вот именно этим обстоятельством мы и должны воспользоваться. – Немного помолчав, он продолжил: – Я читал вашу докладную записку о причинах провала Курско-Обоянской наступательной операции.
Ваши доводы довольны убедительны. Ставка считает, что вы сделали правильные выводы из неудачи, поэтому предлагает вам руководить Харьковской операцией. Кроме того, вы хорошо знаете район, командовали здесь фронтом. Что вы на это скажете?
– Я согласен, товарищ Сталин!
– Наступление будем планировать где-нибудь на май, а сейчас самым тщательным образом вы должны разработать план операции. Одной из основных причин провала Курско-Обоянской операции вы указывали плохую разведку?
– Именно так, товарищ Сталин.
Разведка вызвала немало нареканий. В докладной я осветил конкретные примеры.
– Я читал… Этот пробел мы уже устраняем. Сейчас наши разведка и контрразведка делают все возможное, чтобы дезориентировать врага. В этом отношении вам будет оказана серьезная помощь. Что вы на это скажете, товарищ Тимошенко?
– Очень надеюсь, что разведка будет работать в тесном контакте со Штабом фронта.
– Не сомневайтесь.
