Распутным повесой, соблазнявшим неизвестных молодых леди в полутемных гостиных, несомненно, был, но глупцом – ни в малейшей степени. Так что пока не удавалось представить, как сбить его с толку, но иного выхода не существовало. Нельзя позволить Апплтону заподозрить правду. Насмешки, колкости – подобного унижения она не переживет.
Гаррет со стоном перевернулся в постели. Яркий солнечный свет сообщил о наступлении утра, а тяжесть и пульсирующая боль в голове напомнили о том, что вчера вечером он выпил лишнего. Много, много лишнего.
Одно хорошо: едва добравшись до подушки, отключился и всю ночь проспал без обычных кошмаров.
В памяти возникли события прошлого вечера. Пил в кабинете с Монро, потом танцевал с леди в голубом домино. Пригласил ее наверх, в гостиную, и… проклятье! Вел себя отнюдь не по-джентльменски. Восхитительное платье, чарующий аромат духов, ее собственные… несравненные достоинства – все это, вместе взятое, возбудило сверх меры. Но кто же она? Кто? Вариантов не так уж и много. Он знал почти всех гостей поместья.
По крайней мере, до вчерашнего вечера. Может быть, кто-то приехал специально на маскарад? Неведомая леди ошеломила. Оставалось лишь выяснить, что за волшебница пряталась под голубым домино, а для этого предстояло внимательно просмотреть список гостей.
Изабеллу следовало сразу исключить, и это радовало. Темные волосы таинственной незнакомки были каштановыми, а не черными. Карие глаза тоже свидетельствовали против миссис Лэнгфорд. А главное, вдову Гарольда Гаррет встретил в рубиновом платье, а не в голубом.
Слава богу! Чувство вины перед погибшим другом и без того мучительно тяготило.
Морщась, Гаррет дотянулся до колокольчика, позвонил и попросил слугу принести спасительное средство. Свифтон хвастался каким-то чудодейственным снадобьем, изобретенным маркизом Колтоном. В эту минуту Гаррет согласился бы выпить любую гадость – лишь бы избавиться от мучительной пульсации в висках. В ожидании помощи он бессильно откинулся на подушку, закрыл глаза и принялся перебирать в уме всех собравшихся в поместье дам, последовательно исключая тех, кто не обладал темно-каштановыми волосами и карими глазами.
Мысленный взор медленно двигался вдоль обеденного стола.
Дафна Свифт была блондинкой. Изабеллу отличали черные локоны. Люси и Кассандра вряд ли согласились бы уединиться с мужчиной в темной комнате. Были и другие гостьи: светловолосые, рыжие, брюнетки, но ни одной с темными, глубокими, мягкими карими глазами. Ни одной, кроме…
Гаррет вздрогнул.
