Бо́льшую половину из которого я стойко выдержал, а на пятый месяц просто сломался. Я жил на сцене, все остальное время просто истекал кровью. Я был физически истощен от постоянных мероприятий и бесконечных концертов. Я устал ходить на странные вечеринки, устал сотни раз повторять на пресс-конференциях одни и же фразы, которые меня заставили выучить. Я устал от журналистов, которые спрашивали меня, почему никогда не видят меня с девушкой. После чего их домыслы напрягли пиар-команду Вайснера, и он подыскал какую-то смазливую модель, с которой заставил меня повсюду таскаться на публике, изображая отношения.
Он делал со мной все, что хотел, а я был связан по рукам и ногам жесткими условиями контракта. Я был его марионеткой. Меня же деньги не интересовали, ведь я принял его предложение ради свободы. Но я ошибся. Я находился в неправильном месте с неправильными людьми. Убегая от ада, который творился в Москве, я попал в другую версию ада, но слишком поздно это понял. Я хотел обратно в свою семью «Freedom Fly». Домой.
Я так хотел домой.
Франция. Париж.
После очередного выступления мою гримерку заполонили незнакомые лица. Здесь был и Вернер Вайснер, ликующий от нашего совместного успеха, часть музыкантов из оркестра с поднятыми вверх бокалами с шампанским, толпа девушек, цепляющихся за меня. Все эти люди собрались вокруг меня, кричали, аплодировали мне, словно я был божеством. Вернер Вайснер заставил меня забраться на стол, подбадривая окружающих поднять бокалы. Я изобразил улыбку.
– Даже не надейся, что я отпущу тебя, малыш! – кричал Вайснер.
– Ты мой! Мой шедевр! Мы с тобой сокрушим весь мир! Даже не думай покинуть меня! Ты и я, мы теперь только вместе!
Я не хочу! Отпусти меня! Я был в золотой клетке. Я не мог вдохнуть полной грудью. Я хотел спуститься с этого стола, чувствуя себя неуютно, но все эти шумные люди обступили меня таким плотным кольцом, что мне некуда было встать. Девушки снова и снова тянули ко мне руки. Я все больше злился. В какой-то момент мой мозг взорвался. Во мне словно включили прожектор.
Перед моими глазами появилась сцена из прошлого: такое же море галдящих тел, цветные лазеры и такое же ощущение гнева, как и сейчас. Перед моими глазами возникла картина, на которой Ден целует какую-то девушку, обмякшую в его руках. Яну. Ден целует Яну. В моей голове возник когнитивный диссонанс, ломая мой мозг. Если все убеждали, что Яна моя возлюбленная, то какого черта она целовалась с Деном?! В ушах застучала кровь. Я зажмурился от этого видения.
