Древняя Сила не телепортировала нас, а в прямом смысле вышвырнула на поверхность!
За миг перед моими глазами пронеслись все семьдесят восемь тинтарских уровней, а последним, что я увидела перед тем, как потерять сознание, было солнце. Настоящее, не каменное...
ГЛАВА 43: В лучах рассвета
Горячий чай, камин и мягкое кресло! Как мало иногда нужно для счастья!
Я блаженно зажмурилась и сделала ещё один глоток. Путешествие по тинтарским уровням заняло меньше суток, но меня не покидало чувство, будто мы провели под землёй несколько недель, а то и месяцев.
Слишком много тайн и приключений для одного спуска! А сколько ещё предстоит сделать...
Пока мы лежали в лазарете и восстанавливали силы, цвасхии закончили ритуал. Жрицы вышли на связь полчаса назад и сообщили, что Сердцу больше ничего не угрожает. Его корни полностью очистились, а дух-хранитель опять уснул.
Но кроме хорошей новости была и плохая. Паучихи по-прежнему чуяли на поверхности древнее зло. Впрочем, я даже знала под чьи обличьем оно скрывается.
Айлех Таргар не участвовал в ритуале и до сих пор отирался в штабе. Вначале у меня была шальная мысль окончательно упокоить тварь, но Ингвард сказал, что это не решит проблему. Наоборот, поспешив, мы лишим себя возможности вычислить оставшихся предателей. А от такой заразы лучше избавляться одним махом.
Поэтому Таргара трогать не стали. Ловцы пристально следили за каждым его шагом, а он, в свою очередь, шпионил за нами. Вернее, за леди Ольской и двумя говорящими котами.
Эта троица блестяще отработала под прикрытием. Вначале я не понимала истинного смысла операции. Думала, наставники зря перестраховываются. Но...
– После полуночи адепток пытались выманить из комнаты, – сообщил Грегори. – Благодаря слаженной работе зоометаморфов и леди Ольской мы не только обманули врага, но и выяснили массу важнейшей информации.
Король лично курировал эту операцию, прикидываясь одним из местных командиров. Ловцы, разумеется, знали, кто перед ними.
Но Ильнара до сих пор не видела своего суженного без маски.
Однако, это не помешало ей влюбиться и... влюбить в себя короля. Едва речь заходила о красотке-кицунэ, жёсткое волевое лицо Грегори светилось внутренним светом. Я даже не сомневалась, что эту парочку связывают не обычные чувства, а истинность.
– Адептке Шарьего передали письмо от принца, – в голосе Грегори проскользнули рычащие нотки."
"Страшно представить, что творилось у него на душе.
