Останавливаюсь на верхней ступеньке, и мне открывается великолепный вид на роскошный гостиный зал. На потолке огромнейшая люстра, пол мраморный, в стиле шахматной доски, а в стороне вижу камин и несколько полукруглых диванов. Нечто подобное я видела по телевизору, когда показывали резиденцию королевы Англии.
И вот именно в этот момент, я начинаю понимать, насколько сильно Ник богат. А меня, почему-то такое пугает…это неравенство, между нами и мысли о том, откуда у него всё это.
Кто он?
Артём владеет рестораном, а Ник… при первой встречи, я так поняла, что он имеет какой-то бизнес, фирму.
Ведёт переговоры. Занятой. И в больнице все его знали, трепетали перед ним, преклонялись.
Понятно, что важный!
Его боятся, уважают, не перечат. А ещё, в нём слишком много самоуверенности, властности и губительной, опасной энергии.
Чтобы узнать хоть какие-то ответы на интересующие меня вопросы, решаю прекратить разглядывать этот шикарный дом, спустится в низ, и подсмотреть немного жизнь Ника. Что я и делаю, тихо сбегая вниз по ступенькам.
Спускаюсь в гостиную, и застываю за широкой колонной, пытаясь понять, куда идти дальше.
Этот дом, точнее особняк — невероятно огромных размеров. Зачем ему такой большой?
А вдруг у него семья большая!
Только задумываюсь об этом, как слышу, справа от себя некий звук, словно тупой удар и направляюсь туда. По мере приближения, звук становится громче, и переплетается со звуком протяжного стона. Стона боли.
Подкрадываюсь ближе и оказываюсь за спинами, нескольких здоровяков, которые стояли в вальяжной позе, подпирая плечом то стену, то колону, то широкий проём двери.
Я насчитала шестеро амбалов, которые окружали Ника, а он сам, нависал над каким-то мужчиной, привязанном к массивному стулу и бил его.
Сейчас Ник был похож на демона, убийцу, маньяка…
В глазах бешеная злость, лицо приобрело знакомые уже мне, жестокие черты, руки сжаты в кулаки, на которых была размазана кровь. Он весь был в брызгах крови, в её потёках, вызывая во мне некий страх и отвращение.
Другой…
Стою в стороне, застыв, и не могу пошевелиться, отвести взгляд. А он продолжает своё дело, бьёт кулаками мужчину на стуле, который, казалось бы, был уже без сознания. При этом никто на меня не обращает внимания, слишком увлеклись, погрязли в этой жестокости.
— Ну что Смирнов, изменил своё мнение, — хрипло говорит Ник, прекращая свою расправу и склоняясь около телефона, который лежал на столе. — Ещё пару ударов и твой брат умрёт.
