Я люблю тебя, поверь! – он запрокинул голову с отчаянием и радостью вглядываясь в ее черты. – Я безумно люблю тебя и эта помолвка просто фарс. Мы поженимся, едва леди Элдридж исполнится двадцать один год, и она сможет избавиться от преследований своего опекуна.
Дэнби непонимающе покачала головой.
- Что? – повторилась она.
- Позволь мне все объяснить, - Энтони умоляюще смотрел на любимую, все еще не веря в то, что услышал от нее слова признания. Но это точно был не сон, ведь он чувствовал касание ее руки, ее тепло.
Это просто не могло быть сном. Знать бы еще, почему Дэнби сменила гнев на милость? Неужели этот план сработал и ее толкнула на подобное признание ревность?
Так или иначе, он никогда ее больше не отпустит. Лучше смерть.
- Я не могу поступить бесчестно, - продолжил он и Дэнби вдруг все поняла.
Вот оно что! Значит, помолвка была фиктивной! А она… Она такая глупая и не поняла все сразу!
Наверное, ей следовало рассердиться, но женщина отчего-то чувствовала невероятное облегчение. Что и говорить, она ведь была готова бороться за любовь! Наверное, впервые в жизни! А все оказалось намного проще!
Дэнби шагнула к Олриджу и он, отпустив ее руку, обхватил ноги любимой и уткнулся лицом в ее живот, закрыв глаза от счастья.
- Расскажи мне все и вместе мы решим, что делать, - сказала она, а затем, не удержавшись, подняла руки и тоже коснулась Энтони, запустив пальцы в его густые волосы и чувствуя, что никогда еще ей не было так легко на душе, а сердце еще никогда не билось так спокойно и вместе с тем, волнительно.
Она любима и любит. Тони не собирается жениться на другой. Помолвка – фарс! Остальное уже не так важно.
- Я все расскажу. Все, - пообещал мужчина у ее ног и Дэнби закрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями к его волосам.
*************
Итак, вечер, которого я так ждала и одновременно боялась, наступил.
В новом платье, изысканном и великолепном в своей простоте, с уложенными волосами, в которых поблескивал жемчуг, с легким макияжем, подчеркивавшем мою внешность и при этом едва уловимом, я стояла перед высоким зеркалом и рассматривала новую себя.
Невеста удалась на славу. Красавица. Прежде я не видела и не помнила себя такой. Но рядом стояла леди Элинор, которая, заломив руки в умилении, как это, наверное, сделала бы только родная мать, смотрела на меня и словно бы не могла насмотреться. Но я и сама признавала, что этим вечером удивительно хороша.
Щедрость леди Фэлтон была приятна, но одновременно оставляла внутри небольшой осадок.
