Неужели этот мужлан Янь Сюнь не получил его послание и не подготовился к показу? Или… Спина Икуана покрылась холодным потом: посланника перехватили? Он бросил быстрый взгляд на остальных собравшихся… Но смогут ли тогда русские сообразить, чего на самом деле от них ждут? Лишние вопросы, неуверенность — это же может все испортить!
— Едут. Снова едут! — нарушил повисшую тишину Цзайфэнь.
Облако пыли начало разделяться, и сам Икуан не выдержал и вырвал у одного из адъютантов бинокль. Плевать на приличия, он должен знать, что происходит.
Вот машины набирают ход — часть, разгоняясь, двинулась по дороге. А основные силы съехали в поле и начали разворачиваться дугой. У этих скорость была явно меньше, но разгоряченная сталь касалась покрытой изморозью травы, и вместо пыли броневики начали окутываться клубами пара.
— Что они делают? — Цзайфэнь опустил бинокль и повернулся к Икуану.
Если бы тот мог ответить!.. К счастью, вместо министра заговорил один из полковников.
— Они показывают свои возможности.
Первый отряд демонстрирует рывок, с помощью которого они могли бы быстро добраться и захватить какую-то важную точку. Например, железнодорожную станцию, мост… или просто высадить стрелков, чтобы растянуть силы врага.
— А остальные?
— Остальные — это армейское наступление. Машины идут, прикрывая друг друга — каждая словно ядро прорыва, за которым могли бы ворваться в ряды врага обычные солдаты. Тут их нет, но я пытаюсь представить, как Бэйянская армия смогла бы остановить такую атаку, и не вижу…
— Вы не сгущаете краски? — Дуань Фэнь нахмурился.
— Броневики — не абсолютная сила. Японцы уничтожали их десятками.
— А русские экономили тысячи солдатских жизней и прорывали их позиции, — полковник из ставки Юань Шикая оказался достаточно дерзок, чтобы не бояться возражать целому губернатору и одному из важнейших сановников империи.
— У Китая достаточно солдат, чтобы мы могли не идти на поклон за какими-то машинами!
— Война похожа на игру «Три героя». Солдаты идут против солдат, артиллерия — против артиллерии, но броневики меняют правила.
Словно русские могут показывать и камень, и ножницы, и бумагу, а у всех остальных по-старому только две фигуры. Так можно ли победить такого врага, когда ты сам загоняешь себя в угол?
— Игра — это игра, а в реальности Соединенные Штаты делают такую бумагу, что ее не возьмут русские ножницы, а сталь, из которых штампует свои ножницы Англия, может раздробить вековой камень.
