В части наступающей японской армии было включено больше 50 фотографов и корреспондентов, которые каждый день направляли свои заметки и снимки в редакции по всему миру.
Лондон опять остановился, задумавшись о том, откуда у Макарова могли появиться такие точные сведения. С одной стороны, очевидно — у него есть в Японии агенты, но с другой — чужаков там сразу заметят. А местные — как он смог убедить японцев поверить в себя больше, чем в своего императора?.. Но надо продолжать.
12 января генерал Макаров выступил на совещании ставки армии, настаивая на подготовке к отражению грядущей атаки.
Ожидая скорого наступления на Кэсон, он требовал не просто усилить линию защиты, но и подготовить резервы, которые после отражения первого вражеского натиска смогли бы перейти в контрнаступление. Генералы Линевич и Бильдерлинг выступили против активных встречных боев, но великий князь Сергей Александрович неожиданно поддержал Макарова.
Воспользовавшись дружескими отношениями с режимом Корё и закрытостью Согёна от иностранных наблюдателей, 2-й Сибирский корпус начал тайную переброску резервов к столице северной Кореи.
Одновременно с перемещениями армии проводились учения новых бронированных соединений. После конкурса броневиков в Санкт-Петербурге генерал получил точные характеристики японских машин и собрал по их подобию маневровые мишени, которые использовались для обкатки тактики будущих сражений. Прежде всего, командиры рот учились использовать компактные дальномеры, корректировать огонь своих соединений и поражать врага еще до того, как японцы могли бы им ответить.
Лондон снова остановился и сменил перо на карандаш. Следующие полчаса он старательно рисовал схематическую карту будущего поля боя. Два главных направления удара. Правый фланг русской армии прикрывал низину у реки Имджинган, опираясь на укрепления в деревне Амсил. Левый фланг и центр держали главную дорогу с опорой уже на целый укрепрайон треугольника Баджан-Джандан-Сегук.
Еще одним опасным направлением выглядел находящийся в тридцати километрах восточнее Йончон, где можно было бы обойти прикрывающие Кэсон высоты, но дальность позиции и нежелание генерала Бильдерлинга растягивать свои силы привели к тому, что это направление удерживала всего одна дивизия.
Лондон добавил к карте зарисовки русских укреплений. Минные поля, противоброневые рвы, окопы полного профиля, блиндажи и залитые бетоном огневые позиции.
