Вместе они легко уравновесят Францию с Англией, и тем придется существенно подвинуться, возможно, даже без большой войны. В том, что все обойдется миром, Бюлов ни капли не верил.
Враг не уступит то, что считает своим, без боя. А Германия не сдастся, причем даже не потому, что они такие жадные. Просто если остановиться… Вон, рядом прекрасный пример империи, которой больше некуда расти — Австро-Венгрия. И куда это ее привело?
* * *Ефрейтор Палкин перевелся в разведку месяц назад и с тех пор почти все время учился. Как прятаться самому, как замечать прячущегося врага, как подбираться ближе, как передавать информацию… Самым сложным было разобраться в устройстве радиотелеграфа, который в случае поломки он должен был суметь починить при помощи стандартного ремкомплекта.
Экзамен Палкин уже два раза завалил — не справится в третий, и отправят либо в рядовые, либо на выход.
Уходить не хотелось, и он бы даже сейчас сидел учился, но… Экзамены вовсе не освобождали от боевых заданий, и сейчас тройка Палкина дежурила в секрете в десяти километрах южнее Кэсона и реки Имджинган.
— А ты знаешь, какой сегодня праздник? — сидящему на наблюдательной позиции Савве стало скучно, и он начал искать, с кем бы поговорить.
— 6 декабря — день святого Николая Чудотворца, — ответил ему Михал со своим скрипучим польским акцентом. Он тоже устал сидеть в тишине и сразу же обрадовался возможности размять хотя бы язык.
— И не только, — хитро улыбнулся Савва. — Что еще?
— День святого Александра Невского и заодно именины государя, Николая Александровича, — Палкин прервал разговор на корню и прижал палец к губам.
— Тихо. Или вы хотите, чтобы японцы вас заметили?
— Да как они нас заметят? Сверху все засыпано, следы убрали. У нас выгребная яма даже под землей! — Савва неожиданно сорвался.
Оно и понятно. Парень из недавних пополнений: вроде бы и пороха понюхал, но прошел только Ляодун и Квантун. Когда 2-й Сибирский наступал, когда громил врага…
— Не стоит недооценивать противника. То, что ты не сидел сутками под их обстрелами, не спал вполглаза, чтобы успеть отбить их ночные вылазки, вовсе не значит, что они этого не умеют.
— Умеют, не умеют — какая разница! Я, может, и не сидел под обстрелами, но я видел горящий Дальний. Мы им так наподдали, что теперь они точно к нам не сунутся.
— Тихо! — подскочив к Савве, Палкин на всякий случай зажал ему рот.
Вроде бы все как раньше. Деревья, тени, даже пение птиц — ничто не выдавало чужого присутствия, но внутри Палкина что-то оборвалось.
