Если же вы каким-то чудом создадите что-то, что можно продать уже на запад, то на этот товар тут же накинут пошлины и еще за доставку убедят скинуться. И в том, и в другом случае большая часть денег будет оставаться там, где и должна. Вот так все это было задумано и работало.
— В чем-то вы правы. Мы обсуждали продажу лицензии на новые машины во Францию, но они упирают на то, что Шарон создавала что-то подобное еще два года назад. И поэтому отказываются платить. Но это общемировая практика.
В той же Америке точно так же ставят под сомнение лицензии Маркони, считая, что лавры первооткрывателя принадлежат их Николе Тесле.
— И их прогнут, и вас прогнут, — Вера не думала лезть за словом в карман, и куда только делать та стеснительная девушка, которая еще недавно незаметно стояла в углу вокзала. — Вернее, у вас еще есть шансы. Если Макаров дожмет японцев, если наша армия станет в разы сильнее всех остальных — тогда у них просто не останется выбора, кроме как платить любые деньги, чтобы не отстать еще больше.
Увы, их жировые запасы позволят даже так продержаться лет десять и за это время наверстать отставание. Так что готовьтесь, Анна Алексеевна Нератова! Если уж вы решили ввязаться в эту войну, то будьте готовы идти до конца.
— Я так и думала! — тут же вскинулась Анна. — Вы меня знаете! И вы не просто так ко мне подошли! Еще и от жандармов точно прятались!
— Пряталась, — кивнула Вера. — Те шесть тел, о которых говорила охранка…
— Четыре!"
"— Шесть.
Два лежали в стороне, и они сразу их не заметили. Так вот те шесть тел — это действительно моих рук дело.
— Та адская машинка? — напомнила Анна.
— Они хотели взорвать поезд, хотели показать, что не дадут царскому псу набрать еще больше силы.
— Это вы про Макарова?
— Про него. И я считаю, что он сейчас нужен России. Царь, чиновники — вот многие из них совсем не нужны, а он — нужен. И поэтому я решила сделать то единственное, что умею — убить тех, кто встал на пути.
— А ко мне подошли?
— Случайно. Кто-то из наших… Бывших моих! Был на связи с жандармами и сразу их привел. Пришлось прятаться — а что может быть милее и безопаснее, чем две беседующие девушки?
— Я бы сказала, что может быть опаснее… — Анна задумалась.
С одной стороны, все, что сказала Вера, было совершенно не важно. Она убийца, и она должна за это ответить.
