— Из-за вашего вмешательства, Его Величество хоть немного отдыхает…
— Мой отец настолько занятой? — с интересом потянула я.
— Большая власть и большая ответственность, — хмыкнул Вейланд, — он заботится о подданных…
Последние слова прозвучали как-то сдавленно, а потом Вейланд вдруг сказал:
— Только, пожалуйста… Не называйте себя «обузой» при Короле, хорошо?
— А? — удивилась я.
Тогда я выпалила эти слова не нарочно, откуда он только узнал? Вейланд нервно рассмеялся и чуть слышно пробормотал:
— Знали бы вы, какой втык… Нам всем… Всем рыцарям и обслуге… Кх-х…
Я нахмурилась, решительно не понимая: в чём проблема?
— Вас здесь любят, принцесса, — наконец, внятно пояснил Вейланд, всё также натянуто улыбаясь, — поэтому: не переживайте!
«Любят»? Я была немного ошарашена.
Действительно ли отец меня любит? Со временем я поняла, что он довольно добр, но…
«Ты — моя единственная дочь» — пронесся в сознании голос Вено. Помимо меня… Были же и другие дети, да?
Тогда почему я — единственная? Почему? Слишком много вопросов…
Глава 6
В последнее время у моей Лиз слишком много забот.
Она не говорит об этом со мной напрямую, но я чутко прислушиваюсь к словам нянечек и, потому, знаю… Что персонал в замке конфликтует с Элизабет и остальными.
Миссис Лейкор больше не доставляет нам проблем, но она весьма равнодушна к непочтению со стороны служанок. Элизабет очень злится по этому поводу. Однажды, она не выдержала и даже упомянула об этом при мне:
— Эти нахалки! Они не пускают нас на кухню, ограничивают в передвижениях… И постоянно отлынивают от обязанностей!
Я осторожно спросила:
— Лиз, может… Сказать об этом п-папе?
Называть его отцом всё ещё было неловко.
Лиз посмотрела на меня как-то странно, а после решительно покачала головой:
— Хельга, с этой проблемой мы точно справимся без вмешательства Его Величества.
В её голосе сквозило нежелание. Хотя она смирилась с тем, что Король Демонов (кажется) не собирается меня обижать, Элизабет явно не собиралась доверять ему. Ну и правильно!
Наверное…
После этого, Лиз начала настоящую войну с горничными замка.
Иногда я пряталась в длинных колоннадах и подслушивала разговоры женщин… О, как энергично они возмущались «приезжей выскочкой»! Я кипела от ярости, когда понимала, насколько сильно они невзлюбили Лиз.
Но сделать с этим ничего не могла (раз уж обращаться к папе запретили).
— Наглые! — пробормотала одна из нянечек, сопровождавших меня. Я сразу же навострила ушки, с искренним любопытством прислушиваясь к разговору.
