– У тебя времени – быстро с ними переговорить, – предупредил Лео, вызвав через стражников нескольких специалистов. – А потом в малую столовую, обедать, – строго велел он.
Я кивнула.
Ничто не пробуждает во мне аппетит так, как разговоры о деньгах. Это не я меркантильная. Это просто король мне выбора не дал.
Малая столовая оказалась больше опочивальни Его Величества. Но меньше того зала, где проводились званые обеды, ужины и прочие приемы пищи в компании подданных. Здесь был большой стол, вокруг которого стояли восемь стульев.
То ли на Большую Восьмерку, то ли на монаршую семью. Почему-то я вдруг осознала, что Эльиньо – один как перст. Ни бабушек, ни дедушек, ни родителей, ни братьев, ни сестер. Круглый сирота как есть. Никого, кроме Лео, с которым он связан магической удавкой. А вокруг куча жаждущих поживиться. И тут я такая, которой ничего от него не нужно, кроме монаршего тела. Наверное, тяжелый удар для психики.
…Еще тяжелее, наверное, терять эту не совсем здоровую, но всё же живую эмоциональную связь.
Я своих родителей тоже потеряла, они у меня были возрастные. Сначала ушел папа, от инфаркта. Потом мама – пережив его на пять лет почти. Был у меня и старший брат, сильно старший, чтобы мы поддерживали близкие отношения. Были тетки, дядьки, двоюродные и троюродные братовья – сестры, разбросанные по всей России и ближнему зарубежью. Не могу сказать, что мы были все семья-семья, но брат говорил, что раньше, в советские времена, собирались все вместе за одним большим столом, уставленным едой, пели песни, говорили за «жизнь».
Наверное, в королевской семье такое тоже было. Когда-то. Помнит ли это Эльиньо? Любили ли его? Доставалось ли ему тепла и ласки от родителей? Были ли другие дети в его семье?
Мне стало жаль гордого монарха, которому в одиночку приходилось держать страну на плечах и корону на голове. Ладно, пусть не одиночку. Пусть у него был Верховный маг. Но ведь вынужденная связь – совсем не то же самое, что любовь родственников.
– О чем задумалась, Альёна? – спросил Эль, предлагая мне выбрать любой из свободных стульев.
Король и маг, как обычно, сидели на противоположных концах стола. Я села посередине, спиной к окнам, чтобы солнце не слепило. Слуга в ливрее подвинул мне стул, налил в бокалы разные напитки и вскоре в столовую внесли поднос с порционным горячим для меня. И нас оставили втроем.
Я подумала, что если сейчас скажу, что думаю о семье, своей и его, меня могут неправильно понять.
