Все же я привыкла к тому, что Яр всегда действовал сам, а я только отвечала. Сейчас же меня толкают инстинкты и безумная жажда, бьющая внутри меня, словно горячий источник. Соскальзываю губами к самому низу его живота, не раздумывая, поддеваю пальцами широкую резинку боксеров. Громко вдыхая, прижимаюсь ртом к раскаленному члену. Он так волнующе пахнет… В ушах нарастает гул, и туманится сознание. Глубокий стон и частое дыхание Ярика воспринимаю отстраненно. Не разбираю, что он шепчет. Втягиваю носом густой и насыщенный аромат, пока от гудящего внутри меня удовольствия не скручивает все мышцы.
Улавливая дрожь Яра, действую быстрее. Не давая ему выплыть из чувственного дурмана, приподнимаю подрагивающий член и обхватываю его губами. Обойдя головку языком, слизываю новый для себя вкус. Вбираю и впитываю, становясь до неприличия жадной и очень голодной. Сжимая губы, жмурюсь от плотского восторга, не замечая, что меня начинает конкретно потряхивать.
Пока Ярик не выдергивает член из моего рта. Приподнимаясь, ошеломленно смотрит в глаза.
– Ох, святоша, что ты делаешь?
– Насилую тебя. Ворую. Граблю, – тараторю, глядя затуманенным взором. – Отдай… – наши пальцы переплетаются на его члене.
– Маруся, блядь…. В клочья…
– Тебе же это нравится? Так нравится? Когда я сосу твой…
– Молчи, блин… – стонет мучительно, не позволяя мне приблизиться.
А мне вдруг становится весело.
– Ты сердишься? – с намеренной провокацией выпячиваю губы.
– Я в бешенстве!
– Тогда ты готов!
– К чему, блин?
– Я могу, конечно, сверху, – размышляю вполне серьезно.
– Если ты еще не совсем потерял от меня голову, так и сделаю. Но все же… Я хочу, чтобы ты меня… Чтобы ты меня…
– Остановись…
– Трахни меня, Ярик…
– Святоша…
– Трахни… Пожалуйста…
– Сейчас доиграешься.
Градский садится, и я машинально отскакиваю в сторону. Далеко отползти не удается, он сбивает меня как самонаводящаяся ракета.
– Тихо… Тихо лежи…
– Полетим?
– Снимай трусы, сейчас полетим…
С презервативом Ярику приходится справляться самому.
Я пока не готова к тому, чтобы учиться этому, но в следующий раз обязательно попробую. Быстро избавившись от белья, замираю перед ним с широко расставленными ногами. Сознание плывет, забиваясь порочными мыслями. Сквозь пелену этого морока смотрю на то, как Яр раскатывает латекс. Его сгущающийся взгляд завораживает, заставляет забыть обо всем, что может помешать получить удовольствие.
