Тени среди деревьев тоже зашевелились — стали гуще, объемнее.
— Не бойтесь, Алиса. Бояться пока еще рано… Или уже поздно.
От этих слов мне стало еще страшнее.
За считаные мгновения мусора в центре поляны не осталось. То, что я приняла за развалины беседки, оказалось древним капищем. По краям ровной, выложенной плитами площадки возвышались тринадцать валунов, в центре находился каменный стол.
— Что… это?
— Право, Алиса, ваша недогадливость меня поражает. А на что, по-вашему, это похоже?
Меня сковал ледяной ужас.
Если вечером в Хэллоуин тебя приводят в подобное место, то или забавы ради, или для того, чтобы совершить жуткий ритуал. На шутника Герман похож не был.
Дрожащей рукой потянулась в карман за телефоном. Су Хен поставил свой номер на быстрый набор — достаточно коснуться иконки с лисьей мордочкой на экране… Только бы Герман ничего не заметил и я смогла, не глядя, попасть по нужной иконке! Только бы Лис ответил на вызов и еще не уехал из города!..
Мужчина выхватил у меня телефон и сбросил звонок.
Выключил его. А затем наконец отпустил мою руку. С неожиданной злостью заведующий оторвал заднюю крышку смартфона, вынул аккумулятор и отшвырнул разломанное на части устройство в сторону.
Со всех ног я бросилась прочь. Но сделала лишь несколько шагов и будто на стену налетела… Из-за деревьев на поляну выходили коренастые темные фигуры — лишенные лиц, будто состоящие из концентрированного мрака. Те самые фигуры, которые некогда преследовали Лиса, те — которые то и дело краем глаза замечала я.
Попятилась…
Сердце лихорадочно билось в груди, кровь звенела в ушах. Казалось, от запредельного ужаса я сейчас потеряю сознание.
— Вам не убежать, Алиса, — раздался голос за моей спиной.
— Кто… это?..
Дыша, как загнанная лошадь, я медленно, обернулась. Рядом со мной стоял Герман Карлович Кох и улыбался. А затем он вдруг поднял руку, раскрыл ладонь и дунул. В мою сторону устремилось облачко какой-то зеленоватой взвеси. Я хотела задержать дыхание, но не успела.
Вдохнула сладковато-тошнотворную субстанцию. В тот же миг меня обуяла странная слабость. Голова закружилась, ноги ослабели, и я упала в объятия Германа…
— Это запечатанные души, — шепнул мне на ухо заведующий. — И скоро, Алиса, ваша душа к ним присоединится.
Ли Су Хен
Душу Су Хена затопило отчаяние.
Алиса…
Девушке сейчас приходилось гораздо хуже, чем ему. Если он ничего не придумает, не предпримет, она умрет.
