И в этот момент он потерял контроль над моей кошкой! Взревев, она вырвалась на поверхность моего сознания, и я рванулась из рук Риммана на Вожака, обращаясь прямо в прыжке. Никогда в жизни со мной не происходило ничего подобного. Все смешалось для меня вокруг в цветную движущуюся массу, и реальным остался только узкий коридор от меня к Вожаку, по которому я неслась, захлебываясь от жажды убийства.
Я уже протянула к его горлу когти, и тут огромное тело сбило меня в полёте и прижало к полу. Я дергалась и выворачивалась, пытаясь достать удерживающую меня тушу.
Но мощь придавившего меня самца была просто несокрушимой. С грубым рыком он властно впился в мой затылок зубами, вынуждая подчиниться."
"Еще пару минут я пыталась бороться, но потом сдалась, обезоруженная волнами дикой силы, исходящими от этого самца. Моя кошка покорилась и стала отступать вглубь. И едва она стала возвращать контроль человеческой половине, на меня лавиной обрушилась такая разрывающая на части боль, что я отчаянно завопила, извиваясь на полу.
Боль физическая рвала каждую мою кость и мышцу. Но она была ничем по сравнению с той болью, что прорвалась наружу изнутри. Мой мозг просто сгорал, а сердце, вырвавшись из груди, истекало кровью на грязном полу того бара. Все, что я осознавала, это что мне больно, больно, больно и никогда уже не станет хоть немного легче, потому что нельзя уже ничего поправить. Я билась и выла, не видя ничего вокруг.
Чьи-то знакомые сильные руки подхватили меня и прижали к твердому и надежному телу.
Я знала это запах. Когда-то давно этот запах был моим спокойствием, моим утешением.
— Тише, Ники, я держу тебя. Я никому не позволю больше обидеть мою маленькую принцессу! — шептал у моего уха голос Риммана, и что-то мягкое укутало меня. — Подгони машину, Сорро. Мы уезжаем домой!
Я впилась в горячую кожу, отдающую мне столь знакомое тепло.
— Я никуда больше не денусь, Ники. Больше никто не сможет оторвать меня от тебя! — меня нежно покачивало, как на волнах, и я позволила себе отключиться, прячась от боли.
Глава 12
Прихожу в себя под душем. Кожа так чувствительна, что я кричу и пытаюсь вырваться из рук Риммана.
— Тише, Ники. Это из-за взрывного обращения. Ты же просто вывернула своё тело, а это всегда очень больно. Скоро пройдет, — уговаривает меня он. — Больше никогда не смей так обращаться! Это может убить нас, особенно при возвращении в человеческую форму. А ты даже не чистокровный перевертыш, для тебя это вдвойне опасно.
