— Не переживай, девочка моя, без нас не начнут, — ответил он, резко сглотнув, и усадил меня в лимузин.
Всю дорогу до похоронной конторы я старалась не пялиться по сторонам и смотрела только на Аримана, чтобы не пропустить момент, если вдруг по какой-нибудь причине в его настроении наступит перемена.
На похороны пришло очень много народу, но сопровождавшие нас Волки не позволили никому приблизиться даже для того, чтобы выразить соболезнования.
Ариман держал мою талию внешне заботливым, но на самом деле стальным захватом.
Мне даже было трудно дышать.
Сама процедура заняла гораздо меньше времени, чем мне представлялось. Я почти не слышала речей, которые произносили смутно знакомые люди. Гробы, естественно, были закрытыми. Мы с Ариманом были окружены плотным кольцом Волков, которые пропускали только тех, кого Ариман одобрял незаметным кивком головы.
Я осторожно озиралась, судорожно стараясь придумать хоть какой-то способ спастись. Прости меня, папа, я воздам должное памяти о тебе и об остальных, когда сумею вырваться.
Если сумею. Церемония подходила к концу, а я так и не видела выхода.
— Ариман, мне нехорошо, — пробормотала я, покачнувшись, как только могилы стали засыпать землёй. — Мне нужно туалет.
Ариман не говоря ни слова, подал знак Волкам и повел меня в сторону конторы. Там мы быстро пошли по коридору, и он вошел вместе со мной в дамскую комнату. Конечно, просить его оставить меня одну было просто глупо. Я умывалась, а мой взгляд метался по помещению в поисках хоть чего-то, способного стать мне оружием.
Я прекрасно понимала, что даже если и сработает эффект неожиданности при моем нападении, с пустыми руками мне нечего противопоставить Тени. При том, что Ариман вдвое крупнее и тяжелее меня, он еще и профессионал, закаленный многолетними тренировками.
— Тебе лучше, Доминика? — спросил Ариман, хмурясь и прислушиваясь к какому-то негромкому звуку за дверью.
Мой взгляд упал на тяжелую на вид мраморную урну в углу, и я попятилась за спиной Аримана, молясь, чтобы та не была как-то приделана к полу, и у меня хватило сил её поднять.
Ариман продолжал напряженно слушать, слегка склонив голову и глядя на дверь. Решив, что другого шанса у меня не будет, я схватила урну и развернулась, пытаясь обрушить её на затылок Аримана. Но он молниеносным движением ушёл от моего неуклюжего выпада, и урна рухнула на пол, разлетаясь на тысячу осколков. Не выдержав, я закричала в ярости и бессилии и метнулась к окну, уже понимая всю тщетность этой попытки.
