У подножия горы Сапо, прочитала она, на реке Тибр местные женщины стирали одежду. Дело в том, что жир убитых животных смешивался с золой костров, а это природная щелочь, самое примитивное моющее средство. Дожди смывали ее в реку, вода пенилась, грязь отстирывалась без труда.
Ольга нашла портрет античного врача Галена, который считается первооткрывателем мыла. Кто знает, так ли выглядел этот человек, – со второго века нашей эры прошло слишком много времени, но Ольге он казался мудро-симпатичным.
– Чем мы хуже средневековых аптекарей? – подбадривала себя и Ольгу бабушка.
– Во Франции и Англии они варили мыло для знатных семей. Между прочим, дорого продавали. У них, заметь, не было газовой плиты, как у нас. Мы сделаем такое мыло, что его захочется съесть. По своей сути оно коктейль из растительных масел – оливкового, пальмового, кокосового и эфирных.
– Знаешь, я видела мыло наших конкурентов, – рассказывала Ольга. – Оно похоже на картину. На лицевой стороне просвечивает пшеничное поле, дальше – зеленый луг с ромашками и васильками.
.. Чудесно.
– А я видела другое, – подхватывала Валентина Яковлевна, – с добавками шоколада, лимона, лепестков розы. Мы можем класть в мыло порошок корицы, натуральный воск и мед, зеленые чаинки. И знаешь, что еще: в прежние времена в хороших домах в мыльницу клали льняную салфетку. Она впитывала влагу, а мыло не таяло.
– Скажи честно, – не отступалась Ольга, – почему ты решила начать это дело? Не для того же, чтобы избавить меня от уроков?
– Ну... как сказать... Все сошлось вместе.
Я перебирала бумаги в шкафу, нашла старые записи, их оставил еще мой прадед. До сих пор никто не удостоил их внимания. Так почему не мы?
Ольга удивленно посмотрела на бабушку.
– Ты еще и за экологически чистые отношения с предшественниками, – насмешливо заметила она. – Уважаю.
– Гены предков будоражат кровь. Это закон. Когда я работала в министерстве, к нам приезжал англичанин, ученый. Он проводил исследования однояйцовых близнецов. И доказал, что на человека социум влияет гораздо слабее, чем гены.
Я собираю мыло сама знаешь сколько лет. Так не пора ли испытать судьбу?
– Давай рискнем.
– Вообще-то прадед сделал полный расклад для небольшой партии. Поэтому нам даже не надо одалживаться у Любови Борисовны, просить ее сделать анализ. На ее долю оставим только продажу. А этот кусок останется нетронутым.
– Но ты сама сказала, что готова им пожертвовать."
"– Вот именно, готова. Но зачем? – Опустила в коробку. – Я хотела показать свою решимость...
