Схватив бумажник, он ушел, с огромным удовольствием хлопнув дверью трейлера.
Когда в шесть часов он вернулся, Татьяна была дома, дом был чудесно украшен к Рождеству, ужин готов, горели свечи. Она приготовила бефстроганов, одно из его любимых блюд. Она подавала ему еду, наполняла бокал, кормила Энтони. Они сидели, ломая хлеб.
– Мам, – заговорил Энтони, – как ты умудрилась так быстро повесить все эти украшения? Мне особенно нравится фальшивый снег на подоконниках. Ведь здорово выглядит, да, пап?
– Точно, – согласился Александр, глядя в тарелку.
– Как мясо, Шура?
– Хорошее. – Он смотрел в тарелку.
– Как у тебя прошел день?
– Хорошо. – Он смотрел в тарелку.
– Я люблю Рождество, – заявил Энтони. – Это мое любимое время года! А мы в эти выходные поставим елку?
Они разговаривали через сына, служившего им буфером. Татьяна приготовила бананы с ромом и ванильное мороженое на десерт. Потом Татьяна и Энтони убрали со стола, а Александр исчез в спальне. Он вышел через двадцать минут, одетый в серые брюки, белую рубашку с серым галстуком.
Он принял душ и побрился. Надел пиджак.
Татьяна вытерла руки кухонным полотенцем.
– Я ухожу, – сообщил Александр.
– И куда ты собрался?
– Из дому.
– Во вторник?
– Именно.
Татьяна открыла было рот, но на диване сидел Энтони, делая вид, что смотрит телевизор, так что она развернулась на месте, встав спиной к мужу.
Александр встретился у «Мэлони» с неудачником Джонни, который пребывал в отчаянном поиске. Проблема состояла в том, как изложил Джонни, что он искал «жену на недельку».
Он не хотел жениться, но все девушки, которых было явно недостаточно, не хотели ничего другого, кроме замужества. Все военные давно вернулись домой, и теперь на рынке – к несчастью для Джонни, – на одну девушку имелось по пять претендентов. Девушкам незачем было спешить, пока они не убеждались в серьезности намерений, и Джонни врал как мог, наглел, и хитрил, и заговаривал зубы, но ничего не выходило, и Джонни без устали говорил об этом. Так что вечером этого вторника они с Александром говорили и говорили об этом, и о своих домах, и о своих сотоварищах по работе, и о покупателях, а потом Джонни сказал:
– А у тебя все в порядке, приятель?
– Да, все отлично.
– Ты никогда не выходил по вторникам. Что, миссис Баррингтон работает, или как?
– Нет-нет. – Александр уставился в свой стакан."
"– Ну, не горюй. Кстати, вон там две молодые леди, – надеюсь, я их заинтересовал.
Александр посмотрел в ту сторону.
