Я ему сказала, что я думаю на этот счет.
Даша обняла ее:
– Таня, да хворостины для растопки толще, чем ты! Давай съешь яйцо.
– Я съем яйцо, если ты расскажешь новости, – ответила Татьяна, целуя сестру в щеку, потом в другую. Чмок-чмок-чмок. – Ты никогда не должна придерживать для себя хорошие новости, Даша. Это правило: плохие новости для себя, хорошие для всех.
Даша усадила ее к столу.
– Не знаю, хорошие ли это новости, но… У нас новые соседи, – сообщила она. – По соседству теперь живут Канторовы.
Татьяна вытаращила глаза.
– Ты же не хочешь сказать… – потрясенно произнесла она, прижимая ладони к щекам. – Только не Канторовы!
– Именно это, ничего другого.
Татьяна засмеялась:
– Ты говоришь «Канторовы» так, словно они Романовы!
Даша продолжила взволнованным тоном:
– Говорят, они из Центральной Азии! Из Туркменистана, может быть? И у них, похоже, есть девочка – будет тебе с кем играть.
– И это твои новости? Туркменская девочка, чтобы играть со мной? Даша, тебе бы лучше соображать. У меня здесь целая деревня девочек и мальчиков для игр, и они говорят по-русски.
И еще двоюродная сестра приедет на две недели, Марина.
– И еще у них есть сын.
– Вот как? – Татьяна окинула Дашу взглядом. – А! Понимаю. Не моего возраста. Твоего.
Даша улыбнулась:
– Да, в отличие от тебя некоторые интересуются мальчиками.
– То есть на самом деле это новости не для меня. Они для тебя.
– Нет. Девочка – это для тебя.
Татьяна вышла с Дашей на крыльцо, чтобы съесть сваренное вкрутую яйцо. Ей пришлось признать, что и она тоже взволнована.
Новые люди не слишком часто появлялись в деревне. Вообще-то, никогда. Деревня была маленькой, дома из года в год сдавались одним и тем же людям, они росли здесь, обзаводились детьми, старели.
– Ты говоришь, они переехали в соседний дом?
– Да.
– Где жили Павловы?
– Больше не живут.
– А что с ними случилось?
– Я не знаю. Но их здесь нет.
– Это ясно. Но что с ними случилось? Прошлым летом они ведь здесь были.
– Они здесь были пятнадцать лет.
– Пятнадцать лет, – согласилась Татьяна, – а теперь в их дом переехали новые люди? Когда в следующий раз поедешь в город, загляни в местный Совет, спроси председателя, что стало с Павловыми.
– Ты в своем уме, что ты говоришь? Чтобы я пошла в Совет выяснять, куда подевались Павловы? Ты ешь лучше. Съешь яйцо. И хватит задавать вопросы. Я уже от тебя устала, а еще только утро.
Татьяна сидела, надув щеки, как бурундук, держа во рту яйцо и моргая. Даша засмеялась и прижала ее к себе.
