После двух месяцев, проведенных с Рихтером, Татьяна и Александр отправились своим путем – в Висконсин, Южную Дакоту, Монтану, в леса Орегона – через край люпинов и лотосов, чтобы найти свою настоящую дорогу.
Первый промежуточный эпизод. Сайка Канторова, 1938 год
Мы – дети страшных лет России…
А. БлокПашаПаша Метанов всегда сам чистил пойманную им рыбу, даже когда был совсем еще маленьким. Он не просил о помощи бабушку и даже маму, которая готова была бы не только рыбу, но и зубы ему чистить, и ноги мыть всю жизнь, если бы он ей позволил, – потому что Паша был ее единственным сыном.
Он и Таню не стал бы об этом просить – потому что знал, что она этого делать не станет, да и не знает, как это делается. Когда ему было пять, он попросил деда показать ему, как чистят рыбу, и с тех пор сам брал на себя эту грязную работу.
В тот вечер, когда они познакомились с Сайкой, у них была уха из пойманного Пашей окуня. Паша его почистил, а Даша приготовила. Таня, никогда не ловившая рыбу, не чистившая ее и не готовившая, читала.
Они были втроем. Их дед рыбачил в одиночестве, пока еще было светло, а бабушка отправилась в гости к Берте и ее матери Бланке, что жили на той же улице.
– Ну и что мы думаем? Нам понравились новые соседи? – спросила Даша. – Стефан такой симпатичный парень.
– Даже если бы у него не было зубов, Даша, ты бы сочла его симпатичным, – заявил Паша. – А вот Сайка – да, симпатичная девочка. – Он улыбнулся.
Татьяна промолчала. Она вытаскивала кости из рыбы.
– Ох нет, – сказал Паша.
– Ох нет, ох нет, ох нет. Даша, она молчит! Что это с ней? Что с тобой? – прогудел он. – Они тебе не нравятся?"
"Мысли Татьяны в этот ветреный июньский вечер были заняты лишь католической королевой Марго, пожертвовавшей жизнью ради того, чтобы устроить брак с протестантом Генрихом Наваррским, ради объединения французских католиков и французских протестантов, – веря, что никогда не найдет истинную любовь в той тюрьме, в которой она жила. Но Татьяна знала, что она найдет, и как именно. Ей хотелось вернуться к Марго и Ла Молю.
Ее брат и сестра перестали есть и уставились на нее.
– Я разве что-то сказала? Я ничего не говорила.
– Твое молчание просто кричит, – сказал Паша.
– А теперь она ничего не говорит, – откликнулась Даша. – Так что хватит задавать глупые вопросы.
– Ох, оставь ее в покое, Даша. Она просто завидует, – усмехнулся Паша и стукнул Татьяну по голове деревянной ложкой.
Ложка вылетела из его руки, выбитая быстрым ударом кулака Татьяны.
