– С каких это пор копью валькирии может помешать стекло? Оно попадет в цель в любом случае, если брошено с решимостью, – уверенно произнес Матвей.
Ирка покорно кивнула. Она отлично знала, что Багров прав. Какой смысл врать и отрицать очевидное?
– Я не смогла, – призналась она. – Ты же знаешь, что копьем валькирий нельзя ранить. Если оно в кого-то попадает, то это уже окончательно.
– Ну и прекрасно! В каких-то вещах чем окончательнее, тем лучше.
– Нет, не прекрасно! – рассердилась Ирка. – Они ведь только схватили Антигона! Не убили, а лишь отняли булаву и потащили в машину! Не смотри на меня как доктор! Я знаю, о чем ты думаешь! Что добро должно быть с кулаками! А ну как кулаки перевесят? И очень даже легко могут перевесить!
Багров не стал затевать спор.
– По мне так, чем раньше пресекается зло, тем меньше оно успевает натворить и тем с меньшими потерями выкорчевывается. Прижжешь маленькую ранку – не будет язвы… – только и сказал он.
Помолчал, посмотрел на следы шин и добавил:
– Странно, что Антигон не успел ничего сделать.
Обычно у него обостренное чувство опасности! Конечно, я тоже его схватил, но я-то другое дело! У меня было время приготовиться.
– И правда странно. Может, его так сильно током шарахнуло, что он ничего не соображал? – предложила вариант Ирка.
– Не в том причина. Тут что-то другое…
Багров вошел в подъезд и, бросив задумчивый взгляд на выкорчеванную без усилий железную дверь, остановился у электрического шкафа. В шкафу что-то гудело и тряслось. Кисло, до щекотного чувства в языке, пахло паленой проводкой.
На пыльной резиновой оплетке одного из кабелей ясно обозначились четыре пальца и черта от ногтя. Похоже, Антигон пытался удержаться, когда его выволакивали.
– Никаких особых следов борьбы. Взяли тепленьким. Убивать не стали, потому что явно хотят что-то узнать. Заметь, что вопить Антигон начал уже на улице! – сказал Багров.
– И что это значит?
– Ты ощутила сильную головную боль за несколько секунд до того, как мы услышали крик?
– Да. Мне показалось, что голова у меня сейчас взорвется.
– Мне тоже было не особо приятно, хотя я и успел блокироваться. Тут с вражеской стороны сработал сильнейший интуитивщик. Он послал волну боли, которая на несколько секунд лишила Антигона способности сопротивляться. Если мы с тобой почувствовали это наверху, через кучу ступеней отсюда, то что испытал твой кикимор внизу?
Несмотря на то что ситуация была малоподходящая, Ирка не стала сдерживать улыбку.
– Я примерно знаю что, – сказала она.
