Большинство поездов из Москвы в Питер и из Питера в Москву выходят поздно вечером и идут одну ночь. Билет в плацкарте стоит гораздо дешевле гостиницы. Интересно, кто-нибудь из иногородних туристов додумался днем бродить по Питеру, а ночью ехать в Москву? Следующий день бродить по Москве – и ночью снова в Питер? Интересный такой эмоциональный бутерброд. Довольно вкусно может получиться, если продумать все детали.
– Матвей! – радостно воскликнула Ирка.
Руки отпустили ее, и, действительно, она увидела Багрова. На нем была яркая альпинистская куртка с большим количеством «молний».
Длинная челка спускалась ниже бровей.
– А я тебя чуть не убила!
Багров улыбнулся.
– Я так и понял. Знаешь анекдот? «Я б ему шею сломала, повезло, что не сунулся!» – заявила черепаха, провожая взглядом жирафа».
Немного обиженная, Ирка наклонилась, поднимая упавший рюкзак.
– Откуда ты здесь взялся? – спросила она.
– Мог бы сказать «от верблюда», да не хочется клеветать на бедное животное.
– Перестань хохмить! Я серьезно.
– Я тоже.
Адрес и ключи дала мне Фулона, ну а с поездом я решил не связываться. Мне и билет бы не продали. Я паспорт свой опять потерял.
– Что, еще один? Это какой, пятый? – не поверила Ирка.
– Если не шестой, – самодовольно признал Матвей.
К гражданским бумагам он относился с величайшим равнодушием. Паспорт, которым на всякий случай снабдила его Фулона, он называл «инструкцией на мой труп», а чистые его страницы со всевозможным семейным положением использовал как записную книжку. Ирка его в целом понимала.
Никто из тех, кто хотя бы слегка, хотя бы краем души постиг вечность, никогда не сможет важно дуть щеки при виде любой бумажки с гербовой печатью. Да и что такое бумажка, когда само наше тело при всем его мудром устройстве всего лишь треть ванны воды и еще примерно полведра всякой прочей таблицы Димы Менделеева?
Когда Багров терял очередной паспорт, Ирка, втайне побаивающаяся Фулону, отправлялась к Гелате и через нее уже добывала новый документ. Гелата относилась к Матвею благосклонно, хотя и дразнила его за глаза: «Некромаг-с-пропиской-в-лодочном-сарае».
В сарае – это потому, что адрес лодочной станции был записан у него внутри штампа с пропиской.
– Значит, ты здесь уже давно? – спросила Ирка у Багрова.
– Часов шесть точно. Время оглядеться и познакомиться с соседями у меня было, – таинственно заверил ее Матвей.
Ирка понадеялась, что соседи хотя бы живы.
– А где Антигон? Куда ты его дел? – спросила она.
Багров уклонился от прямого ответа.
