– А ты самый организованный человек на свете, после моего мужа, конечно! Ты раб лампы, только в руках у тебя не волшебная палочка, а ежедневник!
Саша обозлилась."
"– Во-первых, я никакой не раб. Во-вторых, у джинна не было волшебной палочки. В-третьих, что ты себе позволяешь, в самом деле? То какие-то идиотские подозрения, то оскорбления!
Тонечка замахала на нее руками:
– Что ты, что ты! Никаких оскорблений! Ты меня извини, я когда увлекаюсь, говорю невесть что!
Саша сердито помолчала, а потом сказала:
– Извинения приняты.
– Тридцать лет старая княгиня никого не интересовала. И вдруг заинтересовала, да еще до такой степени, что ее убили! Кто и что про нее мог узнать?
Саша заглянула в духовку, где запекалась картошка.
И вдруг гадкая до невозможности мысль пришла ей в голову. Настолько гадкая, что она сморщилась, словно глотнула этой гадости.
– Тоня, – начала она и опять поморщилась, – Тонь, а вдруг это любящий племянник, а?..
– Что?
– Убил тетю, что!.. Он же знал о книге! И о том, где она лежит.
И о том, что это бесценное сокровище! Я так понимаю, что стоимость камеи не идет ни в какое сравнение со стоимостью подлинника «Хождения за три моря»! Он приехал, отравил тетю. Забрал камею, а книгу оставил. Она все равно досталась бы ему!
– Да ну-у-у, – протянула Тонечка. – В вашей версии сплошные несостыковки, мисс Марпл. Зачем ему ни с того ни с сего травить тетю, которую он обожал, и это у него на лбу написано! Он все знал всегда – и про тайник, и про то, как его открыть, и что там лежит!.
. Он мог в любой момент забрать и книгу, и камею и устроить так, как будто их украли. И тетя осталась бы жива!
– А вдруг она догадалась, что Федор забрал камею и открыл тайник? И он ее отравил, чтобы она никому не рассказала?
– Саш, зачем?! Она бы и так все ему отдала и никому не рассказала! Она в Италии не осталась, потому что ей нужно было его выучить и устроить как следует! Вот я не знаю, смогла бы так или нет! Все бросить, из Рима переехать в Дождев, жить в одиночестве? Одно развлечение – ходить на ручей и смотреть на березы! Хотя можно было ходить в капеллу Коронаро и смотреть на «Экстаз святой Терезы»!
Саша улыбнулась, гадость отступила.
– Мы так и не спросили у Федора, кто он. Помнишь, он сказал, что защитился и стал ездить в экспедиции?
– Может, он полярник? – предположила Тонечка. – Саш, вон там внизу в буфете такая розовая игрушечная ванночка.
