Спрашивается, для кого она их там оставила?..
– Светлана Павловна Махова – мать вашей жены Лены Пантелеевой, – сказала Тонечка. – Вы же знаете свою тещу, Кондрат?
Повар не оглянулся и не пошевелился. Мишаков продолжал писать. Герман взял жену за плечо и повернул к себе:
– Откуда ты узнала?!
– Я на телевидении поговорила с уборщицей. Она сказала, что Ленка дрянь, а мать женщина порядочная, служит в буфете еще с той поры, как там была советская контора «Заготзерно» или что-то в этом духе. Я пошла в буфет и обнаружила там Светлану Павловну.
– Она тебя видела?
Тонечка помотала головой.
– Нет, – озвучил Герман для остальных.
– Дела, – проговорил Мишаков в стол. – Чего-то ты здорово темнишь, Кондратий!"
"– Где Лена? – спросила Тонечка. – Ну, вы же должны знать! Не было никакой драки, никто никого не убивал! Был спектакль, специально для зрителей. После чего Лена пропала. Ее мать знает, где она, и вы наверняка знаете, Кондрат!
Она говорила так горячо, что он улыбнулся, не поворачиваясь к ней. Он вообще был на удивление спокоен, словно человек, сделавший очень важное дело.
И совершенно не изменился «в заточении», разве что дикая борода выглядела немного более дикой.
Тонечке было непонятно его спокойствие. Оно возможно только в одном случае – если он точно знает, что Лена жива и в безопасности и что он ни в чем не виноват.
Но для чего тогда все затеяно? И для чего человеку, ни в чем не виноватому, сидеть на нарах?!
– Зачем пришла теща и подняла шум? – продолжала Тонечка. – Чтобы вас забрали? Специально для этого?.
.
Кондрат Ермолаев вздохнул. Стул под ним скрипнул.
– Как давно вы женаты? – продолжала допрос Тонечка. – Чем занималась ваша жена до телевидения? Почему у вас в доме сейфовые двери и рольставни, а ключи Светлана Павловна оставила в кадушке?
– Серег, – проговорил Кондрат. – Ты меня сколько еще продержишь?..
– Так это смотря чего ты натворил, – быстро ответил Мишаков. Голос звучал глухо, говорил он в стол. – Если ничего, тогда недолго.
– Все равно мне нужно адвоката вызвать, – продолжал Кондрат.
– Его фамилия Кегер, знаешь такого?
Мишаков вскинул голову, вид у него был изумленный.
Герман наклонился вперед и потер лицо ладонями.
Тонечка ничего не поняла.
– Прямо хочешь, чтоб Кегер приехал? – спросил Мишаков у Кондрата.
Тот кивнул.
Мишаков опять уткнулся в бумаги.
– Ясно.
– Но если с Леной все в порядке, зачем вам адвокат? – заговорила Тонечка. – Кондрат, вы бы нам рассказали, что случилось! Мы же волнуемся и стараемся вам помочь!..
