Ты можешь принести большую выгоду и удачу своим сородичам, зимми. Скажи им, пусть отыщут и доставят мне самую большую жемчужину без малейшего изъяна, а я куплю ее, и семья твоя весьма обогатится.
Возвращаясь домой, они все покачивались в седлах от выпитого. Ала изо всех сил старался сидеть прямо, а к ним обращался очень ласково – что могло быстро выветриться из его головы после неизбежного отрезвления, а могло и остаться. Когда добрались до царских конюшен и вокруг столпились, расталкивая друг друга, служители и прихлебатели, шах решил щегольнуть своим великодушием.
– Мы – четверо друзей! – громко воскликнул он, и половина всего двора ясно расслышала его слова. – Просто четыре добрых человека, четыре друга!
Эти слова быстро подхватили и, повторенные тысячами уст, они вмиг облетели весь город, как и все сплетни, касавшиеся шаха.
– С некоторыми друзьями нужно быть очень осмотрительным, – предостерег Роба Ибн Сина.
Разговор происходил утром, примерно через неделю после памятной прогулки. Встретились они на приеме, который устроил в честь шаха Фатх Али, богач, торговая компания которого поставляла вина в Райский дворец и в дома большинства придворных.
Роб обрадовался, встретив здесь Ибн Сину. После женитьбы Роба главный лекарь, со свойственной ему деликатностью, крайне редко приглашал его к себе по вечерам. Теперь же они прошли мимо Карима, окруженного толпой знатных почитателей, и Робу вдруг подумалось, что его друг не только объект поклонения, но и пленник.
Необходимость их присутствия на этом торжестве диктовалась тем, что каждый из них в свое время удостоился калаата, но Роба шахские забавы тяготили.
Несколько расходясь в мелочах, все эти приемы были до ужаса похожи друг на друга в главном. Помимо всего прочего Робу еще было жаль пропадающего времени, которого ему вечно не хватало.
– Я бы с большей радостью работал в маристане, там мое место, – так и сказал он Ибн Сине."
"Учитель бросил на него предостерегающий взгляд. Они вдвоем прогуливались по поместью виноторговца, наслаждаясь кратковременной свободой, ибо всего минуту-другую назад шах Ала отправился в гарем хозяина.
– Ты всегда должен помнить: общаться с шахом – далеко не то же самое, что водить компанию с простыми смертными, – говорил ему Ибн Сина. – Царь не таков, как ты или я. Он небрежно взмахнет рукой – и с плеч такого, как мы, слетит голова. А то шевельнет пальцем – и кому-то сохранят жизнь. Ему принадлежит полная власть, и ни одному человеку не дано ей противиться.
