В итоге он согласился помогать Робу в качестве толмача – времени это требовало не много, а плата обещана щедрая. Роб остался доволен сделкой.
– Как ты выучил столько языков?
– Мы же купцы, возим товары из одной страны в другую. Путешествуем непрестанно, а на рынках многих стран у нас есть родственники. Знание языков – обязательная часть нашего ремесла. Например, юный Туви учит сейчас мандаринский язык77, а через три года отправится по Великому шелковому пути и будет работать в компании, которой владеет мой дядя.
– Молодой человек добавил, что его дядя, Иссахар бен Нахум, возглавляет большую ветвь семьи в Кай-Фэн-Фу78 и оттуда каждые три года посылает в Персию, в город Мешхед, караваны с шелком, перцем и прочими сказочными товарами Востока. И каждые три года, с самого раннего детства, Симон вместе с другими мужчинами своей семьи отправляется из Ангоры в Мешхед, а затем они сопровождают караван с этими богатствами до самого Восточно– Франкского королевства79.
Сердце у Роба Джереми екнуло.
– А персидский язык ты знаешь?
– Фарси? Конечно, знаю. – Роб смотрел на него непонимающим взглядом. – Их язык называется фарси."
"– А ты научишь меня?
Симон бен Га-Леви призадумался, ибо это было совсем другое дело. На него уйдет много времени.
– Я хорошо заплачу.
– А для чего тебе учить фарси?
– Когда окажусь в Персии, язык мне потребуется.
– Так ты хочешь вести там дела на постоянной основе? Снова и снова возвращаться в Персию, закупать там травы и лекарства, как мы – шелк и специи?
– Может быть.
– Роб Джереми пожал плечами не хуже, чем Меир бен Ашер. – Немножко того, чуточку сего.
Симон усмехнулся. Он начал первый урок фарси, рисуя буквы палочкой на земле, но выходило не очень ясно. Роб достал из фургона свои принадлежности для рисования и чистый березовый кругляшок. Симон стал учить его фарси точно так же, как мама много лет назад учила Роба читать на английском языке, начав с алфавита. Персидские буквы состояли из точек и волнистых линий.
Господь милосердный! Написанные слова напоминали голубиный помет, или птичьи следы на снегу, или снятую с древесины стружку, или червей, стремящихся к спариванию.
– Этого мне ни за что не осилить, – проговорил Роб с упавшим сердцем.
– Осилишь, – невозмутимо отозвался Симон.
Роб забрал деревяшку с собой в фургон. Поужинал, медленно пережевывая каждый кусок, борясь со своим нетерпением. Потом устроился на козлах и сразу с головой ушел в учебу.
27.
