Комната все время была переполнена – как только один лекарь забирал пациента, тут же со двора входил новый, только что приехавший. Чтобы скоротать время, Роб пытался угадать, кто чем болен.
Когда он оказался первым на передней скамье, день уже клонился к вечеру. В дверях показался один из молодых лекарей.
– Можете пройти со мной, – произнес он с французским выговором.
– Мне нужно видеть Исаака Адолесентолая.
– Я Моисей бен Авраам, ученик мастера Адолесентолая. Я смогу сделать все, что необходимо.
– Не сомневаюсь, что вы умело лечили бы меня, будь я болен.
Но мне нужно повидать мастера по другому делу.
Ученик кивнул и позвал с собой следующего на скамье.
Прошло немного времени, вышел Адолесентолай и повел Роба за собой по короткому коридору. Через распахнутую дверь Роб мельком увидел операционную с кушеткой, ведрами и всевозможными инструментами. Вошли в маленькую комнатушку, совершенно пустую, если не считать стола и двух стульев.
– Что беспокоит? – спросил Адолесентолай.
И с некоторым удивлением слушал, как Роб вместо описания симптомов болезни взволнованно заговорил о своем горячем желании изучать медицину.
У лекаря было темное лицо с красивыми чертами. Улыбка на нем не появлялась. Несомненно, эта беседа закончилась бы тем же самым, даже если бы Роб выказал больше осторожности, но он не удержался от вопроса:
– Вы долго живете в Англии, мастер лекарь?
– А почему ты спрашиваешь об этом?
– Вы так хорошо говорите на нашем языке!
– Я родился в этом доме, – тихо ответил Адолесентолай.
– В лето от Рождества Христова 70-е, после того как император Тит разрушил Храм, он привез из Иерусалима в Рим пятерых молодых евреев-военнопленных. Их называли adolescentoli, что по-латыни значит «юноши». Я потомок одного из них, Иосифа Адолесентолая. Он добился свободы, записавшись на службу во Второй римский легион, и с легионом оказался на этом острове. Здесь жили тогда низкорослые смуглые рыбаки, черные силуры, которые первыми стали называть себя бриттами.
А твоя семья столь же долго живет в Англии?
– Не знаю.
– Но сам ты вполне прилично говоришь на английском языке, – сказал Адолесентолай шелковым голосом.
Роб рассказал о своей встрече с Мерлином, упомянув только разговор о медицинском образовании.
– А вы тоже учились у великого персидского лекаря в Исфагане?
– Нет, – покачал головой Адолесентолай. – Я учился в университете в Багдаде – там медицинская школа больше и библиотека богаче.
