— Видимо, чаша весов качнулась, — протянул Гвоздь, — даже удивительно, что так долго тянули: нас, твоих сторонников, не так уж и много.
— Спасибо, — написал я, — слышал, что в палате подстрекают к дуэли со мной, но не думал, что всё так масштабно.
— Да не, — хмыкнул Анджей, — больше похоже на базар, судачат, распускают слухи….
— Это они не знакомы с Дедом командира, — протянул Фея и запнулся, — ой, препод меня заметил, отключаюсь.
— Ну, Хирш, как всегда, — рассмеялся Анджей, — мы же говорим, потому что не на парах.
— Ладно, хватит о грустном, — отбил я сообщение, делая себе пометку, что надо разузнать о местной палате дворян подробнее и отсылая её поверенному. — Мелкий, как твоя рука?
— А как новая! — воскликнул Левон и на инфопланшете появилась видеотрансляция, — у меня сегодня последний день реабилитации, смотрите!
На экране появился крепко сжатый кулак, а затем и предплечье. Кожа бледная, тонкая. Прожилки вен просвечивают, словно через стекло.
— Как новая! — во весь экран появилось радостное лицо Левона, — готов к службе, но сперва отметим.
Чат наполнился весёлыми смайлами, и восклицаниями. Я тоже радовался. Удалось, хоть немного, но исправить ущерб от коммандера Торпа. Он тогда отнял руку у Левона, а мы вернули.
— Давайте сегодня вечером? Я угощаю, — голос Левона резко пошёл на спад, и он зашептал: — парни, если бы не вы, то….
— Отставить, старший матрос, — перебил его Гвоздь, — праздник в отряде, а ты.
— Виноват, — Левон снова просиял, — так что? Сегодня? После трени у Мангуста?
— Кстати, о Мангусте, — появилось сообщение от Щукина, он так и остался в нашем отделении после Тау Метам, — он видел ролики и остался крайне недовольным.
Боюсь, он конкретно с вас спросит за те поединки с гвардейцами. Там даже мы видели, что они вам не ровня.
— Да, ё моё! — возмутился Бобёр, — а я думал, чего у меня спина ноет, а оно вон как, к пробежке.
— Хорошо бы к ней, а не к чему похлеще, — добавил Гусар.
— А точно спина? — хмыкнул Анджей.
— Только не надо шутить про эволюцию и отсутствие хвоста, — смайлик Боброва закрывал лицо ладонью.
— Точно спина, поясница болела.
— Так что, ребят? — повторился Левон, — пусть Мангуст над нами сегодня поиздевается, но потом отдохнём, я тут кафе одно знаю. Заказываю столик?
Народ недолго думал. Все ответили согласием. Даже жаль было писать последним.
— Сегодня не могу, — отписался я и почувствовал себя обломщиком, — завтра дуэль, надо готовиться."
"Чат взорвало хлеще, чем после новостей об Арфе.
