— Как убили этого Иванова? Свидетели есть?
— К сожалению, нет, — поморщился Разумовский. — Снайпер поработал. Эксперты только ищут его позицию.
— Женя, а проверьте-ка контакты блогера.
— Уже копаем, — кивнул Евгений Аскольдович, — тоже думаю, что записи из дворца капитан слил Иванову, чтобы войти в доверие и совершить подмену на себя.
— А ещё осветите его гибель, как изменника, — протянул Михаил Владимирович, — не хватало ещё, чтобы нас обвинили в его устранении из-за скандальных роликов.
— А они очень скандальные? — мне надоело просто сидеть и слушать, да и интересно было, если честно.
— А ты новости не смотришь? — удивился великий князь.
— Нет, — помотал я головой, — некогда было, если честно.
— Очень скандальные, — хмыкнул Разумовский, — причём тебя, Ростислав Драгомирович, касаются на прямую. Я, если честно, сначала на Вяземского думал, но не мог понять, как он достал эти записи.
Мне захотелось посмотреть новости. Прям, зуд начался. Это как же меня там что-то касается? Что он обо мне сказал?
Но ситуация не позволяла достать коммутатор и найти в сети нужные ролики.
Пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить спокойствие.
— Думаю, можно подвести итоговую, рабочую версию, — Разумовский посмотрел на великого князя и продолжил, — Капитан Вадышев подготовился заранее. Заминировал коридор, провёл на территорию Иванова, предварительно слив ему записи, а сам покинул дворец ещё вчера. Согласно отметкам, Иванов провёл здесь всю ночь, и только утром, во время диверсии убежал.
— Значит, у него фора больше, чем думали, — поморщился Михаил Владимирович и протянул: — хитрый мерзавец.
— Прошу Вашей санкции на запрет полётов в системе, — Евгений Аскольдович замер на низком старте, с рукой над экраном инфопланшета, — пяти дней хватит, если не найдём, значит он улетел ещё ночью.
— Добро, — кивнул Великий князь, — но ты всё равно проверь ушедшие рейсы, если их мало, то могу дать «Грозного», обгоните и перехватите.
— Благодарю, — приободрился Разумовский, — это очень сильно поможет….
Не успел он договорить, как раздался стук в дверь, а потом, без разрешения, в кабинет ввалился Меньшов.
— Ваше императорское высочество, — с ходу начал генерал-адмирал, — хочу замолвить слово о своих бойцах. Они все преданы Империи и лично Вам, они не могли….
— Не надо, Валентин, — Михаил Владимирович махнул ему рукой и указал на соседнее со мной кресло, — мы уже во всем разобрались, но и без этого в них не сомневались. Присаживайся.
